Помнят польские паны?..

Польша, 1939

Вот уже несколько лет каждую осень поляки устраивают массовую истерию по поводу «удара СССР в спину сражающейся Польше». Под этим подразумевается ввод советских войск на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины 17 сентября 1939 года. Многие современные поляки считают это событие даже более трагическим, чем нападение Германии 1 сентября. Еще бы! Одно дело, когда напал «цивилизованный» западный сосед, другое, когда «кровожадные дикие азиаты» посмели нарушить целостность Польши.

Российские «правозащитники» подвывают полякам в полный голос, все эти «мемориалы» посыпают голову пеплом и заклинают нас покаяться за «кровавое преступление» против свободной и такой щедрой на гранты Польши. Подобное «покаяние» — это удел побежденных. Мы же как потомки советской страны должны разобраться, что это за день — 17 сентября 1939 года. Какие события ему предшествовали, чем был вызван Польский поход РККА?

До 1915 года Царство Польское входило в состав Российской империи. Во время 1-й Мировой войны оно было полностью оккупировано Германией, а после её окончания получило независимость. Такие повороты истории многим вскружили голову. Им начала грезиться Польша «от моря до моря, от Финляндии до Кавказских гор». Расширение предполагалось провести за счет вооруженного захвата Белоруссии и Украины, которые к тому времени вместе с Россией были охвачены гражданской войной и интервенцией.

В 1919 году поляки начали советско-польскую войну. Польские войска захватили часть советской Белоруссии. Первоначально успех им сопутствовал, они взяли Минск, Вильно, Киев. К лету 1920 года инициатива перешла к Красной Армии, 10 июня поляки бежали из Киева. И так бежали, что уже в начале августа советские войска были под Варшавой. Но военное счастье переменчиво — сильным контрударом поляки отбросили части Красной Армии от столицы Польши. Советская Россия в 1921 году вынуждена была подписать мирный договор, в соответсвии с которым за Польшей оставались Западная Белоруссия и Западная Украина.

В ходе той войны в польский плен попало 157.000 красноармейцев. После заключения мира из плена вернулось только 76.000. Остальные погибли в плену от голода, холода, болезней и бесчеловечного отношения польской охраны. С подачи польских властей лагеря для военнопленных были превращены в лагеря смерти. Вот свидетельства выживших: «Пища в лагерях выдается такая, что ни один самый здоровый человек не сумеет просуществовать», «В лагере голод, изнурительные работы, бесчеловечная жестокость, нередко доходившая до прямых убийств наших пленных на потеху пьяной офицерне», «Отказавшихся идти на работу начали убивать, производя это на глазах всех пленных», «Комендант обратился к нам с речью — Убивать я вас не имею права, но я буду так кормить, что вы сами подохнете», «Я по внешности потерял всякое человеческое достоинство, унижения неописуемые и только благодаря случайности был спасен». Более 80.000 пленных красноармейцев были уничтожены в польских лагерях. Уничтожены только за то, что были красноармейцами, коммунистами, русскими, белорусами, украинцами. Светлая им память!

Западная Белоруссия и Западная Украина, став частями Польши, стали подвергаться политике «полонизации», а правильнее — колонизации. Поляки рассматривали «восточные крессы» (восточные окраины) как свою колонию. Туда переселялись ветераны советско-польской войны, так называемые «осадники». За 20 межвоенных лет их переселилось около 300 тысяч. Осадники наделялись полицейскими полномочиями, занимали абсолютное большинство должностей в государственном секторе и получали лучшие земли.

Коренное население рассматривалось как помеха. Польское правительство заявляло, что через 50 лет здесь не будет и следа чего-либо белорусского. К 1923 году из 3514 белорусских школ было закрыто 99%, осталось только 32, а к 1939 — ни одной. Такая же участь постигла учреждения культуры и общественные организации. На украинских землях ситуация была не лучше. На Волыни, где 80% населения составляли украинские крестьяне, из 2000 школ украинских было только 8.

Полонизация Западной Белоруссии и Западной Украины свелась к ущемлению национального образования, контрибуции, ревизии на селе, подавлению культурной независимости и наконец просто вопиющему социальному неравенству.

В 1930-е годы руководство Польши стало активно сближаться с гитлеровской Германией. В 1934 году было подписано германо-польское соглашение о ненападении. Поляки (да и многие российские «историки») почему-то делают вид, что его не было, а если и было то «кто старое помянет…».

Согласно пакту, Польша брала на себя обязательства проводить постоянную политику действенного сотрудничества с фашистской Германией (ст.1). Кроме того, польское руководство гарантировало Третьему рейху не принимать никаких решений без согласования с германским правительством, а также соблюдать при всех обстоятельствах интересы фашистского режима (ст.2). Но самым сенсационным и сегодня представляется обязательство правительства Польши обеспечить свободное прохождение германских войск по своей территории в случае, если эти войска будут призваны отразить «провокации» с востока или северо-востока (ст.3). Платой за это пособничество было установление т.н. новой восточной границы Польши за счет части белорусских, украинских и литовских земель, которую Берлин обещал гарантировать «всеми средствами».

То есть, в случае начала войны между Германией и СССР, Польша давала согласие пропустить германские войска через свою территорию, а взамен получить долю в завоеваниях.

Польша не только претендовала на земли Белоруссии и Украины, но и давно приглядывалась к части Чехословакии — Тешинской области. Воспользовавшись распадом Чехословакии после Мюнхенского сговора 1938 года, поляки ввели в Тешинскую область войска. Чешский генерал Вехирек вспоминал:

«Поляки немилосердно преследовали чехов, терроризировали увольнениями, выбрасывали из домов, конфисковывали имущество. Всё, что было чешское, уничтожалось. Чешский язык и даже приветствия были запрещены. Чешские названия уничтожались даже с могил. Братская могила солдат была раскопана и останки выброшены на помойку. Чехов избивали на улицах. В итоге с Тешинской области бежало 30 тысяч чехов».

Общее мнение европейских политиков по поводу захвата Польшей Тешинской области выразил Уинстон Черчилль:

«Польша с жадностью гиены приняла участие в ограблении и уничтожении чехословацкого государства».

Аппетит приходит во время еды, и поляки не собирались ограничиваться только восточными кресами и частью Чехословакии. Они опять стали грезить о «Великой Польше, от моря до моря». Главной своей жертвой они видели СССР. Так в декабре 1938 года 2-м (разведывательным) отделом главного штаба Войска Польского был сделан доклад, в котором говорилось:

«Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке… Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна остаться пассивной в этот замечательный исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно… Главная цель — ослабление и разгром России».

Такие доклады становятся основой для разработки соответствующих стратегических планов.

В начале 1939 года министр иностранных дел Польши Ю. Бек был принят Гитлером. В ходе встречи Гитлер заявил, что «каждая использованная против СССР польская дивизия означает экономию одной немецкой дивизии» и отметил, что видит «единство интересов Германии и Польши в отношении СССР».

Только одно обстоятельство омрачало дружественные отношения Польши и Германии. Это обстоятельство — старинный немецкий город Данциг, находящийся на берегу Балтийского моря. После 1-й Мировой войны Данциг был объявлен «вольным городом» под управлением Лиги Наций. Но город, где 95% населения составляли немцы, находился на территории Польши и не имел границы с Германией. Германия неоднократно предлагала Польше изменить статус Данцига, предоставить прямой коридор до него из Германии. В ответ польское правительство лишь разводило руками и говорило о невозможности этого. К 1939 году Германия став крупнейшей европейской страной уже перестала робко просить, она стала требовать полного включения Данцига в состав Германии. В апреле 1939 года польский представитель заявил комиссару Лиги Наций, что любые попытки Германии изменить статус Данцига вызовут вооружённое сопротивление Польши. Германия решила не ждать «вооруженного сопротивления» и 11 апреля Гитлер подписал план «Вайс».

1 сентября 1939 года Германия напала на Польшу — началась 2-я Мировая война. В первые же дни пропала связь между польским Генштабом и армией. 3 сентября польские ВВС перестали существовать. 6 сентября из Варшавы вместе с правительством бежит президент Игнаций Мосцицкий. Мобилизация сорвана, гражданское население деморализовано. 8 сентября началось сражение за Варшаву. 17 сентября главнокомандующий Рыдз-Смиглы позорно бежит в Румынию.

К 17 сентября Польши как государства не существовало.

СССР не строило иллюзий в отношении Польши, которая заявляла о желании военным путем захватить БССР и УССР, которая открыто пользовалась поддержкой Третьего рейха, которая угнетала белорусов и украинцев, живших на территориях, захваченных в 1920 году, которая заморила десятки тысяч красноармейцев. Во второй половине 1930-х Генеральный штаб РККА постоянно информировал руководство страны, что Польша является потенциальным государством-агрессором по отношению к СССР.

С началом войны, 2 сентября пограничные войска получили приказ об усиленном режиме охраны советско-польских границ. 9 сентября произведен частичный призыв запасных, поскольку германо-польская война принимает угрожающий характер и требует мер по обороне страны. 11 сентября в Белорусский и Киевский особые военные округа поступил приказ о развертывании полевых управлений округов.

В 3:00 17 сентября заместитель наркома иностранных дел СССР В. П. Потемкин зачитал польскому послу в Москве В. Гжибовскому ноту, В ней говорилось:

«Польско-германская война выявила внутреннюю несостоятельность польского государства. Польское правительство распалось и не проявляет признаков жизни. Это значит, что польское государство и его правительство фактически перестали существовать. Тем самым прекратили свое действие договора, заключенные между СССР и Польшей. Предоставленная самой себе и оставленная без руководства, Польша превратилась в удобное поле для всяких случайностей и неожиданностей, могущих создать угрозу для СССР. Поэтому, будучи доселе нейтральным, советское правительство не может более нейтрально относиться к этим фактам. Советское правительство не может также безразлично относиться к тому, чтобы единокровные украинцы и белорусы, проживающие на территории Польши, брошенные на произвол судьбы, остались беззащитными. Ввиду такой обстановки советское правительство отдало распоряжение Главному командованию Красной армии дать приказ войскам перейти границу и взять под свою защиту жизнь и имущество населения Западной Украины и Западной Белоруссии».

17 сентября утром началось выдвижение войск РККА на польскую территорию. Оно было встречено незначительным сопротивлением отдельных подразделений польского корпуса охраны пограничья. При дальнейшем продвижении встречаемые Красной Армией подразделения регулярной польской армии преимущественно сопротивления не оказывали. Этим и объясняются низкие потери поляков — около 3500 человек.

Советским войскам запрещалось обстреливать и подвергать бомбардировке населённые пункты, а также вести боевые действия против польских войск, если они не оказывают сопротивления. Войскам предписывалось при встрече с немецкими войсками не давать поводов для провокаций и не допускать захвата немцами территорий, населённых белорусами и украинцами.

За несколько дней РККА заняла все территории, захваченные Польшей в 1920 году.

Западные белорусы и украинцы не могли все эти годы не сравнивать свое униженное положение с положением советских БССР и УССР, которые к 1939 году превратились в промышленно развитые территории, победившие голод и безграмотность. Которые были равны с РСФСР и ни в чем не ущемлялись. Поэтому неудивительно, что местное население встречало приход советских войск с воодушевлением (за исключением «ясновельможных панов», которые бежали из своих поместий, обоснованно боясь народной расправы). В населенных пунктах, куда входили части РККА, стихийно собирались митинги, где жители благодарили красноармейцев за освобождение от польского гнета.

Польша, 1939

В ноябре 1939 года население бывших «восточных кресов» на основании народного волеизъявления были включены в состав БССР и УССР. Белорусский и украинский народ после насильного 20-летнего разделения воссоединились. Польский город Вильно был передан Литве и стал ее столицей (таким вот «оккупантом» был СССР по отношению к Прибалтике).

Так что же выводит поляков на улицы Варшавы 17 сентября? Их выводит бессильная злоба, во многом порожденная фанатичной десоветизацией, проводимой на государственном уровне.

Многие современные поляки уже забыли, что совершая преступления против пленных красноармейцев, проводя политику полонизации-колонизации, заигрывая с Гитлером, Польша стала «европейской гиеной». Мелким хищником-падальщиком. Никто не протянул Польше руку помощи 1 сентября, даже польские союзники Франция и Англия не торопились воевать против Германии. Закабаленные белорусы и украинцы не стали защищать своих господ. Польское руководство, бежав, предало свою страну. Солдаты не хотели умирать за свою родину. Поляки считали себя сильными и независимыми. А оказались слабыми и презираемыми.

Сегодня они готовы повторить эти ошибки. Но мы наступать на польские грабли не имеем права и обязаны противостоять польским мифам, распространяемым местными «историками» прозападного толка.

 

Василий Титлянов

 

 

Читайте также:

А впереди была великая Победа…

Кому не нравится правда о советских «шарашках»?

Чем вреден культ Николая II

«А вот если бы не Революция…»

 

 

 
Вы можете пропустить чтение записи и оставить комментарий. Размещение ссылок запрещено.

Оставить комментарий

*