Пилорама-2012. Нелегко быть омбудсменом

Дискуссия “Политические права и свободы. Как и добиваться и как договариваться” явилась, по задумке организаторов, продолжением дискуссий “Пути и перепутья” и “Государство. XXI век.”

Функции модератора выполняла (мастерски, на наш взгляд) И. Скупова, уполномоченный по правам в Самарской области. В президиуме заседали исполнительный директор Ассоциации ГОЛОС Л. Шибанова и ряд омбудсменов: руководитель аппарата Уполномоченного по правам человека в Санкт-Петербурге О. Штанникова, уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае П. Миков, уполномоченного по правам человека в Ингушетии Д. Оздоев.

Секция не отличалась яркостью и провокационностью и даже навевала скуку. Однако нас потрясло умение И. Скуповой выводить всё в нейтрально-компромиссное русло, демонстрировать уважение к любому мнению и моментально реагировать на каждую проблемную реплику, развивая её, если это необходимо, либо нейтрализуя. В частности, поставленные в начале дискуссии вопросы были весьма адекватной реакцией на затронутые в предыдущих обсуждениях проблемы. В совокупности с убаюкивающим голосом Ирины Анатольевны все это производило очень умиротворяющий эффект.

Проблематизация дискуссии включала следующие аспекты: как заставить власть реагировать на обоснованные заявления и на публичные акции, какие требования существуют к правозащитникам и каким должен быть механизм взаимоотношения общества и власти?

Обсуждение по инерции начали с выборов. Представители власти говорили о том, что выборы прошли нормально, без особых нарушений. Л. Шибанова говорила уже заученную мысль о том, что они вот уже 12 лет за выборами наблюдают, а те все хуже и хуже.

- В начале деятельности ГОЛОСа основные проблемы, которые возникали на участках — это были проблемы не УИКов, а самопиара, черного подкупа. А инструменты давления были незначительны. А то, к чему мы сегодня пришли – это совершенно другая картина. Если раньше мы считали, что достаточно собрать протоколы, то сейчас мы столкнулись с тем, что ситуация неуправляема никем, только администрацией. Она заточена под результат!

Все это, конечно же, довольно интересно слушать на фоне того, как и что о прошлых выборах рассказывали сотрудники, в частности КПРФ, которые готовили нас к контролю за процессом. Судя по всему, раньше ситуация на участках была намного хуже. Тогда как в 2011–2012 гг. мы, поработав наблюдателями и членами УИК, смогли непосредственно наблюдать предельную аккуратность и честность выборов на тех участках, которые были отданы под наш контроль.

Более того, как отметил Д. Орешкин на дискуссии под названием “Феномен декабря”, Ассоциация ГОЛОС раньше занималась контролем исключительно той части электорального процесса, которая предваряла выборы: агитация, пропаганда, регистрация или нерегистрация кандидатов и пр. Тогда как наблюдателей посылать они стали только в 2011 г. То есть, складывается интересная картина: мы раньше УИКи не контролировали, но полную “деградацию” выборов отмечаем (не читал, но осуждаю!).

Выборы, очевидно, как горячая трепещущая тема, опять отвлекли внимание общественности на себя. Л. Шибанова говорила о конкретных нарушениях, которые они всё не могут отсудить. Д. Оздоев и П. Миков говорили о том, что на участках почти нигде наблюдателей от партий нет, а претензии – есть.

Павел Гурьянов из пермской ячейки “Сути времени” выступил с мыслью, что альтернативный ЦИК не так и трудно создать и пресловутое “гражданское общество”, если уж оно так сильно озабочено проблемой честности выборов, смогло бы организоваться под эту инициативу, но почему-то оно этого не делает. Зато создается почва для обвинений власти в фальсификациях и для последующей манипуляции этой информацией

Арсен Айдунбеков из Саратова резонно заметил, что, к сожалению, на его собственном участке за В. Путина голосовали 90%, а, что касается наблюдения за выборами, ни одна партия кроме “Единой России” не может послать своих наблюдателей и членов УИК на все участки России, так чему тогда удивляться.

Говорили про некомпетентность наблюдателей, про невозможность попасть в ТИКи и УИКи (сотрудница “Яблока” жаловалась, тогда как у нас, выступавших от КПРФ, такой проблемы почему-то не было). Про фальсификации и фальсификации фальсификаций.

Вячеслав Иванов сообщил, что организованный движением “Суть времени” Комитет по альтернативному расследованию и контролю за выборами собрал и проверил более 12 тысяч протоколов, при этом отклонения от данных ЦИК менее десятой процента. Т.е. никаких манипуляций в процессе подсчета голосов с участков не было.

- Не пора ли извиниться перед Чуровым, — закончил он свою мысль?

- Перед Чуровым точно не пора! – ядовито среагировала Л. Шибанова. И начала рассказывать про долгосрочную работу ГОЛОСа, которая, как указано выше, включала преимущественно наблюдения за предвыборными манипуляциями [а, заметьте, не за подсчетом голосов], а также использовала методы т.н. “электроральной статистики”, о которой мы уже слышали. При чем тут В. Чуров – опять осталось не расшифрованным. Судя по всему, ныне он стал идолом, олицетворяющим всю несправедливость сегодняшних выборов. Равно как и В. Путин стал олицетворением всех недостатков политической системы в России. Не удивительно: конструирование чучел и организация погони за ними – по-прежнему излюбленный способ манипуляции сознанием масс.

В итоге И. Скупова обобщила все обсуждение электорального процесса, поддержав одновременно всех и всех немного поругав.

Подняли вопрос, касающийся общения с властью. Представители власти говорили, что они не против такого общения, да и, в случае поступления обоснованных жалоб, в рассмотрении не отказывают. Да только что-то нет никакой социальной активности, нет людей, знающих законы и желающих общаться с властью на её языке. Жаловались на нежелание общества участвовать в реальной политической активности, требующей принятия решений и готовности к ответственности.

- В Пермском крае был реально принят закон об общественном контроле Пермского края. Появились ли у нас акции общественного контроля? Были ли проведены? Всего одна акция – родителями детей – по выявлению фактов незаконной продажи алкогольных напитков несовершеннолетним. Общественная палата у нас объявила набор в группы общественного контроля – ни одной заявки не поступило. Где наша активность? Выйди на площадь – это пожалуйста. А вот как сделать заключение, взять ответственность – это уже сложнее.

С другой же стороны, от активных жителей города поступали жалобы в сторону местных властей о невозможности войти в эти комиссии общественного контроля, в экспертные советы и другие подобные организации.

Участник московской “Сути времени”Дмитрий Степанов поинтересовался, корректно ли в протестной деятельности использовать обман, например, в виде черных агитационных листовок, которые распространял А. Навальный якобы от имени “Единой России”. И как, по мнению наших омбудсменов, защищающих сторонников “белой ленты”, следует поступать простому обывателю в критических ситуациях. Например, если вдруг на его глазах протест “За честные выборы” перерождается в агрессию, что и произошло 6 мая в Москве. Выйти ли этому человеку из протеста или же закрывать глаза на незаконные действия, осуществляемые “соратниками”?

Дмитрию стали отвечать наперебой, что надо нерадивого соратника “убедить”, “уговорить”, “успокоить”. Что надо помочь работникам полиции в задержании агрессора. И, наконец, что обманывать вообще нехорошо, поэтому его вопрос – риторический.

Занятной вышла реакция на вопрос Елены Васильевой о СМИ. О том, как же представителям самоорганизующегося и сплачивающегося гражданского общества противостоять информационному сопротивлению СМИ: как клевете, так и медиа-замалчиванию.

И. Скупова пригласила ответить М. Федотова, как вы помните, одного из идеологов печально известной программы “Об увековечивании памяти жертв тоталитарного режима”. М. Федотов нынче активно занимается разработкой и организацией т.н. “общественного телевидения”. Инициативой, выдвинутой по требованиям движения “белых лент”.

- Общественные СМИ – это микрофон, к которому каждый может подойти и сказать, что он думает. Общественные СМИ давно должны были прийти на смену СМИ государственным. Сегодня государственных СМИ кроме России и Белоруссии нигде уже нет, везде – общественные СМИ и радио…

Интересно было бы уточнить: неужели действительно любой зарубежный канал вещания – это “свободный микрофон, которому может подойти каждый”? И насколько верна информация об их полной независимости от власти? Разве мы не наблюдали воочию медиазамалчивание и одностороннее освещение событий, касающихся процессов, происходивших и происходящих в Египте, Ливии, Тунисе, Сирии?

Ещё более забавным оказался ответ В. Ковина, пермского координатора Ассоциации ГОЛОС:

- Это вопрос профессионализма — это не вопрос того, кто диктует политику, кто нет. У нас в ПК только одну газету можно считать государственной. Все остальное – вопрос к СМИ. Здесь простой метод – нужно начать действовать, соблюдая законы в данный момент: разложить все на четкие процедуры и требовать их соблюдения от всех. Инструменты есть, нужно начать этим пользоваться.

Интересно, что это за “инструменты”? Представьте себе человека, который начинает требовать от СМИ, чтобы о нем написали. Интересно, какие именно законы регулируют объективность освещения того или иного вопроса работниками СМИ. Разве что клевету можно оспорить по судам, но, как правило, это достаточно неблагодарная работа.

Почему же, например, митинги “Сути времени” на Воробьевых горах и ВДНХ, а также митинги-стояния против либерального курса Кремля с такой готовностью замалчивались либо количественно “приуменьшались” всеми СМИ: и государственными, и негосударственными? Почему же не было такого замалчивания в случае митингов “белой ленты”?

В целом, реплика В. Ковина нас заинтриговала, очевидно, что у сторонников “болотной” со СМИ несколько другие взаимоотношения.

Дискуссию Ирина Анатольевна завершила рядом общих фраз о том, что жить надо дружно, что надо уметь договариваться. Однако – добавила – если власть не идёт на уступки, придется и более радикальные средства использовать.

Тяжелая все-таки у практикующих омбудсменов работа: они одновременно являются и представителями власти и, в то же время, надо как-то с обществом ладить и доказывать значимость своей работы. С другой стороны, в случае чего, всегда есть, на кого списать ответственность: то власть плоха, то общество пассивно.

 

Оставить комментарий

*