О причинах высоких зарплат топ-менеджеров заводов

О причинах высоких зарплат топ-менеджеров заводов

При переходе крупных промышленных предприятий от советских принципов работы к нынешним коренным образом меняются все стороны деятельности заводов. Одним из изменений стало резкое увеличение доходов руководителей верхнего звена — т.н. «топ-менеджеров». Необходимо внимательнее присмотреться к этому явлению. Как живёт топ-менеджмент и почему имеет столь высокий доход?

Разговор пойдёт о топ-менеджерах крупных промышленных предприятий, а не торговых сетей и прочего непроизводственного сектора. Под топ-менеджментом понимаются не владельцы предприятий, как правило, имеющие доход с дивидендов, а наёмные руководители верхнего уровня (директора, главный инженер/метролог/бухгалтер). То есть те руководители, которые непосредственно частично принимают стратегические решения и, главное, в рабочем режиме приводят их в исполнение, обеспечивая текущую деятельность предприятия и занимаясь непосредственным руководством персоналом. В статье я буду в первую очередь опираться на свои наблюдения об особенностях работы и быта этого слоя управленцев.

Отмечу, что условно можно выделить 3 этапа в подходах к управлению крупными промышленными предприятиями с момента начала индустриализации. Первый, советский, был выработан в 30-40-е годы и с непринципиальными изменениями просуществовал до середины 80-х годов. Советские принципы организации заводов необходимо знать и понимать (хотя их можно и не любить), хотя бы потому, что основная материально-техническая база в нашей стране, в том числе ЖКХ, была возведена в том время — и это оказывает значительное влияние на нынешнюю работу промышленных предприятий и быт людей. Так, например, переход заводов от советских принципов работы к нынешним приводит к увеличению на порядки (то есть в десятки раз) оплаты ЖКХ для населения. Об этом можно прочитать в статье «Почему растут цены на ЖКХ».

Второй этап начался при Горбачёве с запуском кооперативов и отмены государственной монополии на внешнюю торговлю. И наиболее ярко проявился в 90-е годы, во времена Ельцина. Этот период характеризуется тем, что к управлению заводами пришла наиболее хищная часть гос- и партаппарата, «цеховиков» и откровенного криминала. С точки зрения управления нередко новый собственник непосредственно самостоятельно занимался текущим управлением предприятием, занимая руководящую должность. Более того, часто директора в ходе приватизации становились собственниками. Часто немалую долю руководителей высшего уровня на предприятии занимали родственники и друзья нового собственника. При этом высокий доход руководителей обеспечивался именно тем, что они были либо владельцами завода, либо тем, что они как родственники и близкие знакомые в первую очередь обеспечивали контроль собственника над предприятием. Текущую производственную деятельность часто обеспечивали другие сотрудники. Сам этот период характеризуется тем, что значительная часть новых собственников просто разворовывала имущество, уничтожая при этом производственные мощности. Другая часть собственников более-менее успешно обеспечивала деятельность своих заводов. При этом в целом сохранялись многие советские принципы работы. Например, нередко поликлиники, детские сады и общежития ещё были на балансе предприятий (то есть предприятие обеспечивало их работу). Сам этот этап был переходным. И 90-е годы показали, что он не может длиться долго: происходит физический износ материально-технической базы и здоровья людей. Либо будет переход к неосоветским принципам, либо — к каким-то иным.

Иной этап наступил в начале 2000-х годов и продолжается до сих пор (т.н. «путинское время»). Одной из отличительных черт стало то, что на руководящие посты предприятий стали принимать наёмных менеджеров, а владельцы начали растворяться среди держателей акций. Отдельный интересный вопрос — действительно у предприятия появляется много владельцев, держащих порой 1,5% акций, или эти владельцы — лишь прикрытие для каких-то более мощных финансово-промышленных групп? Так или иначе, в рамках статьи важно, что именно наёмные управленцы, а не собственники теперь стали определять текущую, операционную деятельность предприятий и, зачастую, принципиальные вопросы стратегии развития. Как правило, эти наёмные топ-менеджеры — относительно молодые люди (нередко 30-40 лет), прошедшие иноземные курсы и стажировки и руководящие принципиально иначе, нежели руководители советского типа.

Квартира для цветов

Расскажу личные наблюдения за бытом, отражающие уровень дохода топ-менеджмента.

В первый раз с бытом наёмных менеджеров новой волны я столкнулся в начале 2000 годов, когда в управление ВСМПО «Ависма», крупнейшего мирового производителя титана, пришли люди из «Реновы» Вексельберга. Это привело к смене значительной части руководителей на управленцев новой волны. Один из таких новых членов  руководства бухгалтерии на выходные улетал домой в Москву, а в Березниках (город, в котором расположено предприятие) снимал квартиру у моих родственников. Это была отличная трёхкомнатная квартира с великолепным ремонтом. Он и сейчас на уровне того, что называют хорошим евроремонтом, а в то время этот ремонт был просто роскошным. Отдельно надо сказать про мебель и бытовую технику, с которой сдавалась квартира. Когда я в первый раз зашёл в спальню к родственникам, то интерьер и большая белая кровать напомнила кадры опочивален киношных богачей из модных тогда сериалов «Санта Барбара» и «Просто Мария». Тётя говорила, что за аренду этой квартиры им с мужем платят больше, чем они вдвоём зарабатывают (тоже весьма обеспеченные по местным меркам люди).

В очередной раз столкнулся с особенностями быта топ-менеджмента лет 5 назад. Тогда один из руководителей крупного промышленного предприятия на Гайве переходил на другую работу, уезжал из города и продавал имеющуюся тут недвижимость: целое крыло этажа в многоквартирном доме. Одну из квартир купила моя знакомая. Как оказалось, в этой квартире жена топ-менеджера организовала оранжерею. Отдельная квартира для цветов… И так жил далеко не генеральный директор предприятия. Думаю, ни у одного антисоветского сказочника а-ля Солженицын или Веллер не повернётся язык сказать, что быт какого-нибудь руководителя обкома был хотя бы близок к этому.

Вот как прокомментировал доходы топ-менеджмента Чусовского металлургическго завода (ныне практически уничтоженного этим самым менеджментом и собственниками) один из ветеранов завода Геннадий Александрович Коромыслов: «17 всевозможных директоров! И у каждого зарплата по миллиону. Это же идиотизм! Четыре директора получали столько зарплаты, сколько хватило бы на зарплату всего коллектива стана-800, а это 300 человек».

Высокий уровень оплаты характерен и для транснациональных корпораций (ТНК). Приведу одно из личных наблюдений за тем, какие условия работы создаются для топ-менеджеров ТНК. Как-то раз я наблюдал прилет гендиректора компании (наемного). Помимо прочего, он привёз с собой целую команду поваров, которые готовили лично для него. Хотя конкретно на этом объекте и так всегда была великолепная и очень разнообразная кухня (бесплатная для всех работающих, в том числе и для подрядчиков). А доставка персонала, в том числе руководителя этого крупного промышленного объекта, осуществляется автомобилями Land Cruser.

Хотя зачастую конкретные цифры доходов топ-менеджмента не афишируются, об их уровне можно судить при обсуждении проблемы так называемых «золотых парашютов» — единовременных выплат при увольнении. Вот несколько характерных сообщений.

«В 2013г. выплаты членам правления "Уралкалий" выросли в 2,3 раза, увеличившись до 752 млн руб. В эти расходы вошел и так называемый золотой парашют, полагающийся отправленному в отставку гендиректору "Уралкалия" Владиславу Баумгертнеру. Размер выплаты составил 470 млн руб.»

(РБК)

«Вслед за уволенным гендиректором ОГК-2 Михаилом Кузичевым компанию покинули еще 15 топ-менеджеров, "золотые парашюты" которых в целом составили 557 млн руб. По контрактам менеджеры при увольнении по соглашению сторон получили право на "золотой парашют" — единовременные выплаты в размере 24-36 месячных окладов. По данным собеседника "Ъ", лично господин Кузичев получил от компании 62 млн руб., шестеро его заместителей — по 45 млн руб., а менеджеры более низкого звена — по 20-26 млн руб.»

(www.2stocks.ru)

Таким образом, на современном этапе в России (и в мире) доходы руководителей высшего уровня крупных промышленных предприятий значительно, в десятки и сотни раз, превосходят зарплаты работников среднего звена. Разрыв в оплате по сравнению с самыми низкооплачиваемыми работниками ещё больше.

Большая ответственность

За что же получают столь большие выплаты «верховные» менеджеры? Эмоциональные выкрики «ни за что!» вряд ли верны, так как менеджеры — это наёмный персонал, платить которому большие суммы, сопоставимые порой с зарплатой целого цеха, собственники просто так не будут. Адепты высокой оплаты говорят о сложности, напряжённости и высокой роли принимаемых управленцами решений в деятельности предприятия. Я считаю, что это не основная причина, но об этом ниже, а пока разберём данный тезис. Действительно, от решений конкретных наёмных управленцев в «рыночной» (условное название) экономике зависит многое. Порой — благосостояние целого предприятия.

Пример. В Перми находится предприятие, занимающееся поставкой дорогих специализированных систем в области энергогенерации. В лучшие годы на нём работало до 400 человек. И эти лучшие годы во многом обеспечивались деятельностью коммерческого директора. Именно благодаря ему предприятие регулярно получало крупные заказы. Схема его работы была следующей. Предприятие регулярно выигрывало тендер у крупной нефтедобывающей компании за счёт низкой (относительно других участников) цены и меньших сроков. Однако в ходе конструкторских, строительных, монтажных и пусконаладочных работ сильно увеличивались и цена, и сроки. Порой задержка пуска достигала года. В целом и конечная цена, и сроки запуска были вполне нормальными для таких систем. Просто они были искусственно снижены для победы в тендере. Главная работа коммерческого директора заключалась в том, чтобы договориться с руководством заказчика об очередном переносе сроков запуска и об очередном повышении цены. И это ему удавалось. И предприятие было загружено работой. Однако этого коммерческого директора сманили в другую организацию. После чего крупный заказчик перестал смотреть сквозь пальцы на срывы сроков, отказался от услуг фирмы, и дела у неё пошли ни шатко, ни валко — большая часть сотрудников ушла, а оставшиеся в массе получают весьма среднюю зарплату.

Этот пример показывает, что в условиях более-менее рыночной экономики от конкретного решения отдельного руководителя может зависеть благосостояние и судьба целого предприятия и многих людей. Приходится покупать дорогих наемных менеджеров, которые могли бы принимать ответственные решения, обеспечивающие работу заводов. Кто-то сделает из этого вывод: «Надо и дальше платить чрезвычайно высокую зарплату успешным топ-менеджерам». Я же в таких ситуациях вижу подтверждение тезиса о чрезвычайно высокой расточительности рыночной экономики, а некоторые социологи и культурологи высказываются гораздо жёстче. Например, С.Г.Кара-Мурза обозначил это так: «Если допустить, что в России удастся построить рыночную экономику, то она сможет прокормить лишь небольшую часть населения». Это говорилось на основе анализа других областей — ЖКХ, сельского хозяйства, ВПК. Как оказалось, чрезвычайно высокие расходы по сравнению с советским временем характерны и для управления крупными промышленными предприятиями. Это подтверждает опыт не только нынешний России, но и современных крупных ТНК. Если говорить совсем по-простому, на уровне лозунгов, то «на всех не хватит» (денег, ресурсов в целом) — таков девиз рыночной экономики. В том числе и на нынешнем этапе  развития транснационального капитала.

Если жители России хотят выжить вообще и обеспечить хотя бы минимально сносную жизнь себе и своим детям и внукам, то надо понять, как в советское время «хватало на всех». Каким образом удавалось обеспечивать работу современного крупного промышленного производства, не платя астрономических зарплат руководителям верхнего звена? Видимо, главным было то, что от решения конкретного управленца зависело хоть и многое, но далеко не в такой критической мере, как в рыночной экономике. Просто не могло возникнуть ситуации, при которой из-за недопонимания между двумя директорами захиреет завод и с него убегут 3/4 работников. Взаимодействие между крупными предприятиями обеспечивалось целой системой связей и контроля на уровне единого централизованного планирования — Госплана, министерств (имевших реальные рычаги воздействия на управленческий персонал), а также неформальным взаимодействием и моральным внушением через ВКП(б)/КПСС. В этой связи вполне логичными являются требования создания «системы планирования и контроля экономики аналогичной советскому Госплану», которые были озвучены в том числе чусовлянами в связи со сложной обстановкой вокруг Чусовского металлургического завода.

Вынужденная необходимость

Вторая причина высокой оплаты топ-менеджмента очень тесно связана с первой. Владельцы крупных корпораций просто физически не могут обеспечить повседневное управление целым рядом промышленных объектов, которые зачастую расположены в разных частях страны или мира, и вынуждены нанимать специалистов-организаторов для обеспечения разных сфер деятельности предприятия: руководителей производства (главный инженер, главный метролог), руководителей финансового блока, организаторов сбыта.

Нередко предприятие принадлежит нескольким крупным собственникам. Поэтому непосредственное влияние их на процесс руководства ещё более затруднено. Стратегическое направление развития согласуют неформально, затем посредством механизмов ежегодного собрания акционеров его оформляют юридически, а обеспечением выполнения этого решения занимаются уже «нейтральные» наёмные руководители под контролем наблюдательного совета. Т.е. их роль возрастает ещё больше.

Таким образом, на современном транснациональном этапе капиталистического развития высокая оплата труда наёмному персоналу высшего уровня обусловлена тем, что собственники предприятий передают им право принятия важных и порой критических решений, не имя возможности заниматься этим лично.

Профессиональная бесчеловечность

Третью причину высокой оплаты «труда» ТОП-менеджмента крупных промышленных предприятий, люди, задумывающиеся об этом, не то что не замалчивают, а, кажется, даже сформулировать боятся. Причём боятся даже не кого-то конкретно, а боятся признаться самим себе. Важнейшей причиной высокой оплаты наёмных руководителей верхнего уровня я считаю то, что это компенсация сделок с совестью. Это оплата подавления жалости, сострадания и чувства единения с подчинёнными. Это плата за то, что для обеспечения прибыли (а это главная задача любой коммерческой деятельности) руководитель будет переступать через подчинённых, при необходимости увольнять их целыми цехами, урезать зарплаты в разы (что недавно видели массово в очередной раз в 2008-2009 годах).

Так, 22 июня 2015 года на заседании Земского собрания г. Чусовой депутат Карпов, председатель Совета директоров ОАО «Чусовской металлургический завод», принадлежащего АО «Объединённой металлургической корпорации», под камеры открыто заявил, что руководство этой новой формации частного теперь завода без зазрения совести может выгнать на улицу последние 2,5 тысячи работников градообразующего предприятия. При том, что с 1990 года численность работников завода итак упала с 11 тысяч до 2,5. И это в городе с населением 45 тысяч человек.

Стоит напомнить короткий диалог народных избранников:

Карпов: Чтобы понимание было полное, чьи интересы я защищаю. Я защищаю интересы ОМК…

Депутаты Чусового: Всё снесли и ничего не построили!

Карпов: Так. А что тут беззаконного? Это частный бизнес, я вам напомню. Что тут беззаконного?

Депутаты Чусового: Он должен быть ответственным!

Карпов: По какому закону он должен быть перед кем-то ответственным? Назовите мне, пожалуйста.

Депутаты Чусового: Кто вам даст-то 2,5 тысячи людей на улицу выгнать?

Карпов: А кто не даст-то? Кто не даст?

Увольнение сотен и тысяч человек при изменениях ситуации на рынке — типичная ситуация для капитализма вообще, а для современного этапа развития транснационального капитала — тем более. Вот, есть такой представитель промышленников новой волны и по совместительству общественный деятель как Константин Бабкин, президент ООО «Новое Содружество» — организации с оборотом более миллиарда долларов США. Этот человек много говорит о необходимости новой индустриализации, развития промышленности и сельского хозяйства внутри России, постоянно критикует либералов из правительства и ЦБ РФ. Бабкин является вдохновителем и одним из организаторов Московского экономического форума, который позиционируется как альтернатива «либеральным» собраниям. Однако вся эта публичная риторика не помешала Бабкину выступать на Болотной площади в 2011 году, ходить на разные марши и митинги во время «белоленточной революции». Более того, он вместе с организаторами белоленточного майдана Немцовым и Рыжковым (экономическую политику которых он до этого так активно обличал) ходил на встречу с тогдашним президентом РФ Медведевым. Такое единение «антилиберального» промышленника новой формации с «демократами» и «либералами» неудивительно. И дело не только в том, к кому из политиков какие есть теневые «приводные ремни». Главное, что их реальные взгляды на простых людей во многом совпадают. Вот как сам Бабкин описывает процедуру увольнения и приёма на работу работников на подчинённом ему «Ростсельмаше»:

«Литейное производство. Литейщики очень серьёзные ребята, рабочая элита. Однако с этим производством в последний год произошла показательная история.

Много лет было так, что производство литых деталей в России было невыгодно. Привезённая из Китая продукция оказывалась на 30% дешевле себестоимости продукции, произведённой в России.

Поэтому была проведена большая работа, заказы были переведены в Китай. Литейный завод оказался закрыт, 600 человек остались без работы.

Потом осенью случилась девальвация рубля, ситуация поменялась, снова стало выгодно производить в России. Людей обзвонили, замок с ворот сняли, вновь пошла работа.

Сейчас рубль укрепляется, рабочие с опаской следят за его курсом. История с закрытием может повториться».

Если говорить по-простому, то стало новым собственникам выгоднее покупать детали в Китае — уволили сотни людей. Тех квалифицированных работников, кого сами и называют рабочей элитой. Стало невыгодно в Китае покупать — попросили вернуться. Тех, кто согласился и ещё не уехал. Будет снова выгоднее покупать в Китае — снова уволят.

В итоге

Между тем, даже высокая оплата «труда» топ-менеджмента отнюдь не обеспечивает его честность. Вот некоторые выдержки из пермской прессы о мздоимстве и воровстве управленцев за последнее время:

«Ленинский районный суд Перми приговорил к четырем годам лишения свободы и штрафу в 18,8 млн руб. бывшего коммерческого директора Соликамского завода «Урал» Олега Березина. Он признан виновным в злоупотреблении полномочиями, причинившем ущерб предприятию, а также получении коммерческого подкупа в сумме около 4,7 млн руб».

(Коммерсантъ)

«В октябре 2014 года судья Кировского суда Перми Владимир Егоров признал Владимира Маршихина виновным в мошенничестве, в результате которого ППЗ [Пермскому пороховому заводу] был нанесен ущерб в размере 4,1 млн руб. Как установили следствие и суд, коммерческий директор ППЗ вместе с неустановленными лицами похитил часть средств, выделенных предприятию».

(Коммерсантъ)

«Следственная часть ГСУ краевого главка МВД России заподозрила [Андрея Агишева] в тяжком экономическом преступлении — растрате вверенного имущества ООО «Пермрегионгаз» в особо крупном размере.По версии полиции, 26 июня 2007 года и 10 марта 2009 года гендиректор Агишев распорядился выдать баскетбольному клубу «Урал-Грейт», где руководил попечительским советом, два заведомо безвозвратных займа на общую сумму 25,5 млн руб».

(«Новый компаньон»)

«Суд приговорил Андрея Агишева к пяти годам лишения свободы условно с испытательным сроком в четыре года и штрафу в размере 1 млн рублей».

(properm.ru)

«Свердловский райсуд Перми удовлетворил ходатайство следствия об избрании бывшему генеральному директору пермского ЗАО «Электротехническая компания» Вячеславу Потанину меры пресечения в виде заключения под стражу. Как считают силовики, будучи руководителем компании, Потанин без одобрения совета директоров оформил договоры займов для аффилированного ему ООО «Электротехническая корпорация «Кама» на общую сумму около 1,474 млрд рублей. В итоге значительная часть долга в размере более 1 млрд рублей (!) возвращена не была. В декабре в отношении Потанина были возбуждены еще два уголовных дела по факту растраты в особо крупном размере».

(properm.ru)

Феномен умопомрачительных порой краж высокооплачиваемыми наёмными менеджерами достоин рассмотрения в отдельной статье. Это необходимо сделать, чтобы выяснить, может ли постсоветская власть построить хотя бы какое-то государство. Тем более, в условиях нарастающего экономического кризиса и противостояния с Западом.

Константин Ситников

 

Читайте также:

Что такое «средняя зарплата», или Как капиталисты освобождаются от социальных обязательств

Почему растут цены на ЖКХ

Выборы посреди заросшего поля, или Спектакль для вымирающих

Агентство по ликвидации

 

 

 

Оставить комментарий

*