Пермь-36. Странный суд

Рубрика: Пермское информбюро

Пермь-36. Странный суд

Давненько я не писал про иностранного агента АНО «Пермь-36». С одной стороны, оно, вроде как, — всё, с другой — нет-нет, да и напомнит о себе загробным воем.

Например, недавно, вторая по популярности канадская газета разразилась ярким и полным злобы текстом в защиту благородной организации, удушаемой в тоталитарных тисках Путиным и его коммунистической опричниной. Учитывая ту особую нежность, которую питают к АНО «Пермь-36» бандеровцы, думаю, это не совпадение, что статья вышла именно в Канаде, где спрятались от советского возмездия многие из них.

Гораздо любопытнее судебный процесс, разворачивающийся вокруг государственного имущества, ранее находившегося в пользовании у АНО. Дело в том, что срок действия соответствующего договора истек в апреле 2014 года. По его условиям здание штаба, расположенное в Кучино, должно было перейти к балансодержателю — государственному учреждению «Мемориальный комплекс политических репрессий». Однако фактически передача состоялась лишь в декабре 2014 года. За это госучреждение требует с АНО штраф в размере 1 492 тысяч рублей.

И тут начинается интересное. Судья М.Ю. Шафранская на каждом заседании ограничивает во времени представителей государства, призывающих иностранного агента к ответственности, и в итоге их выступления длятся по 10-15 минут. Представителям же АНО — Татьяне Курсиной и другим — позволено выступать вдоволь. Так было и на заседании 17 августа. Странно это.

Странно, что судья не прервала выступление Курсиной, когда та вместо разговора по делу начала причитать о том, что «Пермь-36» исключили из федеральной программы по увековечиванию памяти жертв политических репрессий. Программы, которой нет, потому что её так никто и не принял! И это якобы нанесло колоссальный ущерб США, их агентам и либеральной тусовке региону, власти и общественности. Странно, что судья не прервала Курсину, когда та обвинила руководство госучреждения в том, что оно заказало НТВ опорочить АНО. Странно, что судья не остановила Курсину, когда та называла сотрудников государственного учреждения «рейдерами» и «захватчиками».

Иными словами, вместо того, чтобы отвечать на конкретную претензию, гражданка в зале суда митингует, бросается бездоказательными обвинениями (кстати, это не попадает под категорию «клеветы»?), не относящимися к делу, и оскорбляет противоположную сторону в течение почти 20 минут — т.е. почти в два раза дольше истца. И ничего. А после этого ещё полчаса выступает другой представитель интересов АНО. Нормально?

Причем вторая-то выступающая говорила содержательно, пересказывая в корректных выражениях те немногие относящиеся к делу мысли, которые имелись у Курисной. Так за каким было тратить треть заседания на выслушивание либероидных лозунгов? Ну, учитывая, что это уже не первое заседание, и что из-за нехватки времени решение опять откладывается. На этот раз до 24 августа.

Кстати, может быть, это совпадение, но 18 августа появилось сообщение о том, что Правительство Российской Федерации утвердило Концепцию государственной политики по увековечению памяти жертв политических репрессий. И там всё далеко не безобидно. Ну т.е. как будто не было опросов граждан об отношении к десоветизации и к советскому прошлому:

Вот, полюбуйтесь:

Россия не может в полной мере стать правовым государством и занять ведущую роль в мировом сообществе, не увековечив память многих миллионов своих граждан, ставших жертвами политических репрессий. Особенно важным в этой связи является осознание трагического опыта России, пережитого страной и ее гражданами после октябрьских событий 1917 года, который характеризуется разрывом традиций, утратой преемственности культурного опыта, разрушением межпоколенческих связей.

Это в предвыборный год. В стране, народ которой переживает стихийную и очевидную ресоветизацию сознания.

Может, одно с другим и не связано, а может, кто-то наверху не очень спешит расставаться с идеей десоветизации и её преданными сторонникам, вроде АНО «Пермь-36»?

Олесь Гончар

 

 

Читайте также:

Снизу опять стучат

Пермь-36. Жизнь после смерти

Андроповская шарашка

Пермь-36. Музей бандеровских друзей

 

 

 

Оставить комментарий

*