Турецкий котёл

Рубрика: Пермское информбюро

Турция вовсю кипит. На неделе там снова бурно протестовали. Одним из основных поводов стала исламизация образования. При этом Турция, несмотря на свою провозглашенную светскость, – безусловно, мусульманская страна. Количество верующих в Турции составляет примерно 60–70%. Сравните это, к примеру, с 40% православных в России. Подавляющее большинство мусульман – сунниты.

В свое время на развалинах Османской Империи младотурки, а затем кемалисты, жестоко расправлялись с исламом, проводя свою политику секуляризации и модернизации. Ценой большой крови множества народов, проживающих на территории бывшего Османского государства (в этом смысле геноцид армян является, пожалуй, самым известным кровавым действом), они формировали национальное самосознание турок. Самосознание, основанное на европейском понимании нации (и в той же мере склонное доходить до откровенного нацизма) и в существенной степени оторванное от вероисповедания.

Однако после Второй мировой войны началась реакционная исламизация. Ислам тесно сплетался с привитой Кемалем Ататюрком концепцией турецкого национализма. И таким образом формировалась достаточно устойчивая, умеренная конструкция, когда одно дополнялось другим. При этом радикальные течения, вроде исламистов или пантюркистов с пантуранистами, оставались в определенной мере за бортом. Однако реисламизация потихоньку нарастала. В восьмидесятые годы Тургут Озал, сохраняя верность кемалистскому курсу, пытался проводить «политику примирения с исламом». Десятилетием позже, в 1996 году к власти пришли представители т.н. «политического ислама» в лице Неджметтина Эрбакана и его «Партии благоденствия». Тот было взялся за отмену антиисламских запретов кемалистов и поворот курса Турции от сближения с Европой в сторону сближения с мусульманскими странами, но был остановлен военными. Ушел в отставку. Однако в 2002 году на выборах побеждает исламская «Партия справедливости и развития» Реджепа Тайипа Эрдогана (что характерно, ученика и последователя Эрбакана). И она находится у власти по сей день. А это можно в определенной мере оценить как реванш исламизма. Но – исламизма прозападного.

Молодой Реджеп Тайип Эрдоган (слева) рядом с премьер-министром Неджметтином Эрбаканом

Несмотря на победу своей партии в 2002 г., премьер-министром Эрдоган не мог стать из-за судимости. Однако Запад надавил на местную элиту, в результате чего закон был изменен, и глава правящей партии таки возглавил правительство. Далее, придя к власти, он очень существенно продвинулся в плане либерализации экономики Турции и начал переговоры по вхождению в ЕС. И, более того, когда началась «арабская весна», и Африка с Ближним Востоком закипели, Эрдоган стал чуть ли не основным политическим и даже военным (предоставление финансовых средств и территории для сирийской оппозиции, поставки оружия, создание тренировочных баз и т.д.)  помощником для США и Европы в деле свержения режима Башара Асада в Сирии и общего подогрева радикального исламизма в арабском мире. В качестве ремарки: между прочим, до 2011 года семейства Эрдоганов и Асадов были довольно дружны. Но, как говорится, ничего личного – только политика.

Слева направо: Реджеп Тайип Эрдоган, Башар Асад, Эмине Эрдоган, Асма Асад

Так или иначе, поплясав под чужую дудку, ожидая и скорого вступления Турции в ЕС, и постройки на её территории «золотой жилы» – обещанной трубы для проведения катарского газа в Европу, Эрдоган стал понимать, что заигрался, причем настолько, что уже во весь рост встает вопрос о территориальной и прочей целостности Турции. Недавние переговоры о присоединении к ЕС окончились ничем. Турции намекнули на то, что она уж больно мусульманская, в массе своей – бедная, да и с соблюдением прав человека подкачала. Проект газопровода тоже накрылся медным тазом. Вдобавок, благодаря в том числе усилиям Эрдогана, прямо под боком возник мощный очаг радикального исламизма в виде Исламского государства Ирака и Леванта (ИГ), который рассматривает вторжение в Турцию как одну из приоритетных задач. И это даже не всё. В декабре разбушевавшиеся ИГ пошли походом на Кобани – сирийский город вблизи границы Турции, населенный преимущественно курдами. В ответ на эту агрессию особенно стало разгараться национальное самосознание курдов – ираноязычной группы племен, «поделенных» между Турцией, Сирией и Ираком. Запад вынудил Турцию помочь курдам – курды таки отвоевали Кобани у ИГ, чем оказались крайне воодушевлены. В итоге перед Эрдоганом встала еще одна угроза – самоопределение курдов, которое может привести к территориальному расколу страны, еще недавно считавшейся островом стабильности в пылающем море Ближнего Востока.

Это международный контекст. Теперь – фокус на внутренние процессы. Исламизация образования, которую повел Эрдоган, проявилась, прежде всего, в том, что он включил изучение Корана в школьную программу и отменил запреты на ношение традиционных платков и хиджаба в учреждениях образования. К слову, Европа эти нововведения одобрила, признав их «демократическими». Уж не первый раз: исламисты помогают  Западу – Запад хвалит «демократию» исламистов.

Протесты против исламизации начались в Турции в конце весны – начале лета 2013 г. Поводом послужили планы правительства относительно реконструкции городского парка Гези на площади Таксим, с перспективой вырубки сотен деревьев. Но не деревья, конечно, беспокоили людей в первую очередь – а проект постройки на их месте копии исторической османской казармы – места восстания Стамбульского гарнизона и кровавого сражения младотурков с войсками империи. Сторонники светскости Турции, завоеванной, напомню, очень большой кровью в начале XX века, с негативом восприняли этот явный реверанс в сторону османского прошлого (о котором в свое время велено было полностью забыть – но не вышло). Демонстрации охватили 67 провинций из 81. Тысячи людей выходили протестовать – их разгоняла полиция. Нынешние протесты в каком-то смысле можно считать продолжением поднятой весной – летом 2013 года волны турецкого национализма, противостоящего исламизму.

Парк Гези на площади Таксим, Стамбул

Скажете, очередная «оранжевая революция», мол, наконец, и до Эрдогана дошла? Но не так всё просто. Несмотря на то, что сам Эрдоган в беспорядках обвиняет Вашингтон, а Запад периодически что-то выкрикивает про «права человека», поведение тех же США сильно отличается от поведения, например, в Египте или в Сирии. Никаких пока реплик про «турецкий народ» и его «справедливое негодование». Заметны некоторые попытки использовать происходящее в стране в целях давления на некогда премьер-министра, а теперь (с августа 2014 г.) – президента Турции. Пока что Турция, точнее, ее территория, нужны США. Так, под предлогом войны с ИГ они пытаются вытребовать себе полный доступ к турецкой военной базе Иджирлик и давят на Эрдогана, пытаясь принудить его к военному сотрудничеству вопреки своим интересам. Вообще, если говорить о применимости термина «оранжевая революция» к происходящим сегодня волнениям, еще недавно был распространен небеспочвенный взгляд, согласно которому приход к власти Эрдогана – это и есть своеобразный аналог вялотекущей оранжевой революции. Хотя нынче, безусловно, ситуация изменилась.

Сегодня действующий президент Турции, по-видимому, пытается развернуть прежний курс и «соскочить» с крючка Запада. В частности, недавно, после отказа ЕС взять Турцию в свой состав, он заявил:

Турция сегодня — сильная страна, и она не будет стоять под дверями ЕС и просить о членстве … Если нас не примут, мы выберем собственный путь.

Кроме того, после того, как ЕС отказались от обещанного Турции проекта системы газапроводов для Катарского газа, в декабре 2014 года Россия предложила Эрдогану свой проект, с разворотом «Южного потока». Проект не без собственных сложностей и со своими рисками, но, тем не менее, какая-то альтернатива, какой-то повод выдвигать свои ультиматумы Западу у Турции появились. Попутно сегодня президент пытается вновь наладить испортившиеся в связи с Сирией отношения с Ираном. Постоянно можно наблюдать какие-то заигрывания с Османской Империей. В частности, недавно депутат из правящей партии опубликовала в соцсети пост с фотографией Эрдогана и лозунгом:

600-летний фильм, 90-летняя рекламная пауза. Мы возвращаемся,

Встреча президента Реджепа Тайипа Эрдогана и председателя Палестинской национальной администрации Махмуда Аббаса. Политики стоят у основания парадной лестницы нового дворца главы государства, а на ее ступенях — 16 солдат почетного караула, одетые в военные костюмы тюркских армий.

– чем вызвала бурное негодование кемалистов (600 лет – время существования Османской Империи, 90 лет – современной, кемалистской, Турции). Подобные «османизмы» в целом понятны: в ЕС не берут, под боком пылает радикально-исламистский пожар, в устроительстве которого США тебя же и обвиняют, да еще при этом американцы подзуживают турецких курдов. В таких условиях необходимо хоть что-то противопоставить чужим мироустроительным проектам, чужим планам на всеисламский халифат. И хотя проект новой Османской Империи вряд ли смог бы конкурировать с халифатистскими замашками тех же ИГ, но это, может быть, лучше, чем ничего.

Но вернемся снова ко внутренней обстановке. В принципе, забастовки и демонстрации в Турции проходят довольно часто. Кто выходит на эти акции протеста? – Прежде всего, светские граждане, так сказать, прогрессивные горожане, почитающие завоевания Кемаля Ататюрка и выступающие за сближение с Европой, а потому недовольные ползучей исламизацией. Эта прослойка в мусульманской Турции немногочисленна и преимущественно сосредоточена в городах. К ним присоединяются левые и различные сексуальные меньшинства. Но помимо них к борьбе против Эрдогана всякий раз подключаются радикальные националисты, находящиеся в резкой оппозиции с правящей партией. Это пантюркисты и пантуранисты в лице движения Бозкурд («Серые волки») и соответствующей им «Партии националистического движения».

Против действующей власти в последнее время усиленно бастуют курды (особенно яростными их выступления были в период осады Кобани, когда Турция отказывалась провести через свою территорию иракских курдов для помощи городу, осаждаемому армией ИГ). Так, например, вместе с протестами против исламизации образования 14 февраля проходила демонстрация в городе Джизра в годовщину ареста лидера «Курдской рабочей партии». В результате она вылилась в беспорядки и столкновения с полицией.

Курды и «Серые волки» друг друга, разумеется, терпеть не могут и периодически сталкиваются между собой. В этом контексте полезно обратить внимание на то, что 14 февраля помимо всего прочего проходила еще одна волна протестов – по поводу зверского убийства студентки. Ряд источников сообщают о том, что девушка была курдкой и алевиткой, а ее убийцы, совершившие зверское преступление, принадлежали к «Серым волкам». Безусловно, это событие в существенной степени подхлестнет и без того бушующие страсти.

Роль Турции в арабском мире, по сути, уже отыграна: пусть с Сирией у Запада пока так и не получилось, но очаг исламистского хаоса – ИГ – на Ближнем Востоке уже создан. Для его стабилизации США необходимы курды, поэтому они будут цинично подогревать их национальное самосознание, чтобы в результате ограничить халифатистские претензии ИГ противодействием национального государства курдов. Создание национального курдского государства с неизбежностью приведет к расколу Турции. Риск раскола Турции не может не разогревать радикальный национализм «Серых волков». А подогрев тюркизма, к слову, немыслим без разговора о пантюркизме – претензиях тюркских националистов на объединение всего тюркского мира (в свою очередь, объединение тюркского мира возможно только в условиях развала России).

И это далеко не самая полная картина. Во что это выльется и по какому руслу пойдет, сказать сложно. Но для нас поводов для оптимизма в любом случае мало.

Лариса Магданова

 

 

Оставить комментарий

*