Ювенальный сетевой маркетинг

Рубрика: Родительское сопротивление

Уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае Павел Миков и генеральный директор АНО Региональный центр “Вектор” Вера Кожарская

С 15 апреля по 25 мая в Пермском крае проходил некий «Конкурс проектов для социально ориентированных некоммерческих организаций по апробации стандартов на оказание семейно-ориентированных услуг в рамках реализации Программы “Мастерская НКО”». Инициатором конкурса явилась АНО Региональный центр «Вектор», деятельность которого на ниве ювенальных технологий мы уже рассматривали в статье «Нытвенский эксперимент».

Речь идет о «стандартах профилактических услуг по предупреждению социального сиротства», разработанных Национальным фондом защиты детей от жестокого обращения. Примечательно, что 26 томов (!) этих «стандартов» были опубликованы практически в то же время, когда с невиданной поспешностью Госдума приняла закон «О социальном обслуживании», подробно охарактеризованный нами ранее.

В новый закон, который вскоре должен сменить пока действующий ФЗ N 195 «Об основах социального обслуживания населения в Российской Федерации», оказались вписаны нормы, превращающие сферу социального обслуживание в рынок услуг, предоставляемых гражданам некоммерческими организациями, причем за счет государства. Рынок, где суетятся многочисленные НКО в попытках получить из бюджета деньги и где «потребителям» из числа граждан услуги будут явным образом навязываться. Что характерно, в законе даже не гарантировано, что социальные услуги будут предоставляться «потребителям» бесплатно. В итоге разнообразные организации будут стараться всеми правдами и неправдами расширить свою «клиентскую базу» (ведь от этого зависят размеры государственного финансирования!), а бюджет будет трещать от напряжения — в попытках обеспечить «обслуживание» всех граждан, взятых под прицел НКО-подрядчиками. Очевидно, что никакого «повышения качества обслуживания» за счет «невидимой руки рынка» не произойдет. А вот растаскивание бюджетных средств, причем не без помощи коррупционного элемента, – это вполне вероятный исход.

Закон «О социальном обслуживании» вступает в силу с 1 января 2015 года. И один из важнейших секторов «обслуживания» касается именно «профилактики сиротства», которой многочисленные связанные с детством НКО радостно займутся (и уже занимаются), по-видимому, по тем самым стандартам, что были так услужливо предоставлены Национальным фондом защиты детей от жестокого обращения.

Фонд этот — организация сама по себе примечательная, один из основных локомотивов ювенальной юстиции в России, пользующийся активной поддержкой как государства, так и иностранных фондов. В числе иностранных партнеров Фонда фигурируют: Детский фонд ООН (ЮНИСЕФ); Фонд «Terredeshommes» (Швейцария); World Childhood Foundation (Швеция) и другие. Известно, что Фонд в свое время тесно сотрудничал со скандально известной организацией USAID, спонсирующей «оранжевые» революции по всему свету,  а также, например, с  «Советом по международным исследованиям и обменам IREX», финансируемым Госдепартаментом США. Впрочем, подробный рассказ о деятельности Национального фонда защиты детей от жестокого обращения был опубликован в прошлом году в федеральной газете «Суть времени».

К слову, ничего удивительного нет в том, что миссию по апробации «стандартов» поручают именно АНО Региональный центр «Вектор». На сайте организации мы можем узнать о том, что Национальный фонд защиты детей от жестокого обращения является одним из основных партнеров «Вектора». Это ведь куда надежнее, когда оценкой твоего «творения» занимается не кто-нибудь, а твой, можно сказать, близкий друг.

В числе других партнеров под первым номером идет, конечно же, Уполномоченный по правам детей в Пермском крае Павел Миков. Павел Владимирович, действительно, горячо поддерживает деятельность и НКО «Вектор», и других, как это называется, «социально ориентированных» некоммерческих организаций. Пермский детский омбудсмен постоянно их рекламирует в своих докладах и выступлениях. Стабильно выступает за расширение полномочий НКО в области защиты детей и даже за перенос ряда функций работы с детьми и семьями с государства на НКО… безусловно, за счет средств госбюджета. В этом он видит сияющие перспективы развития детской правозащиты в России («Как на Западе!»). И он же хлопотал в 2012–2013 годах над разработкой и принятием в Пермском крае регионального закона N 174-ПК: «О государственной  поддержке  социально  ориентированных некоммерческих  организаций». По этому закону государство должно предоставлять социально ориентированным НКО многоплановую (финансовую, имущественную, информационную и пр.) поддержку. Кроме того, «в целях экономической поддержки» социально ориентированных НКО государство может размещать у них свои «заказы на  поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд». В своей статье в сборнике материалов программы «Вектор НКО» Миков прогнозирует:

В  результате  оказания  всех  форм  государственной  поддержки  к  2016  году прогнозируется,  что  в  социальной  сфере  Пермского  края  будет  работать  и  предоставлять различные услуги не менее 835 СО НКО.

Как отмечала в своем докладе на форуме «Традиционные ценности России – путь спасения семьи и детства» Людмила Виноградова, юрист-эксперт общественной организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление» (РВС):

Для того чтобы ювенальная юстиция утвердилась в полной мере, нам не хватает всего лишь двух компонентов: создания единого органа, координирующего работу всех средств, всех органов системы безнадзорности <…> который бы не подчинялся никому: ни президенту, ни парламенту – по западному образцу. И второе – это допустить к участию в судьбе детей некоммерческие организации.

Собственно говоря, межведомственное взаимодействие в Пермском крае вовсю функционирует. Местные «регламенты» и «порядки» работают. И НКО определенный доступ к семьям и детям имеют. Так что наш регион, стараниями, прежде всего, Павла Микова и, безусловно, Уполномоченного по правам человека в Пермском крае Татьяны Марголиной, бодро шагает в этом направлении.

Потрясает вера наших либералов от власти в рынок и его законы. Ни для кого не секрет, что при нынешнем уровне коррупции в рядах чиновничества, любая инициатива, выстроенная с опорой на рынок, не приведет ни к улучшению качества предоставляемых услуг, ни к увеличению их объема при сохранении прежних затрат.

Как указано на сайте АНО Региональный центр «Вектор», одним из основных ее заказчиков является Фонд поддержки детей, находящихся в трудной жизненной ситуации. В частности, именно при его активной поддержке в крае происходило формирование службы телефонов доверия. Фонд этот — организация довольно серьезная, учрежденная силами, прежде всего, Минздравсоцразвития и пользующаяся значительной государственной поддержкой. И, казалось бы, репутация у Фонда хорошая. И вроде значимые фигуры в попечительском совете заседают (председатель совета — Министр труда и социальной защиты Российской Федерации Максим Топилин). Тем не менее, организация не единожды светилась в коррупционных скандалах. Так, в 2011 году Генпрокуратура выявила массовые нарушения в деятельности Фонда, а в 2012 году МВД возбудили уголовное дело в отношении председателя правления фонда Марины Гордеевой по фактам многомиллионных махинаций.

История с фондом — один из наиболее ярких примеров крупных организационных и финансовых нарушений в сфере защиты прав детей. Однако есть основания полагать, что вся «детская» тема в определенной степени пронизана коррупцией. В своей деятельности активисты организации РВС, членом которой является автор данного материала, нередко сталкивались с поразительным, не объяснимым заботой о детях, рвением работников опеки по части изъятия ребенка из семьи. Происходило это все под неуемные песни о «приоритете сохранения кровной семьи» и в условиях, когда оснований для изъятия ребенка было, мягко говоря, недостаточно. Дошло и до того, что наши активисты обнаружили возможные следы деятельности черных трансплантологов, использовавших сирот в качестве источника органов и, по-видимому, находившихся в сговоре с сотрудниками опеки. По крайней мере, иначе невозможно объяснить выявленные в процессе работы факты.

Разумеется, члены НКО и сами рады лишний раз упрекнуть чиновников в коррупции и тем самым подчеркнуть собственную значимость в контексте обеспечения «социального обслуживания». Как сообщает нам эксперт благотворительного фонда «Приют Детства» Алексей Рудов:

Сейчас федеральная власть понимает необходимость подобного сотрудничества, а региональная власть ему, как правило, сопротивляется по двум причинам. Во-первых, ее представители не хотят, чтобы посторонние лезли в их епархию и указывали им, как работать. Во-вторых, где-то чиновники “пилят бюджет”, где-то чего-то не делают или что-то нарушают, и не в их интересах, чтобы сотрудники НКО знали об этом.

Стало быть, плохие, привыкшие к коррупции и прочим махинациям, чиновники — против хороших НКО? Однако выше мы уже приводили пример со скандалом вокруг крупной НКО. Есть большие сомнения относительно того, что организации-подрядчики будут чисты на руку. И более того: если государственный чиновничий аппарат еще хоть как-то можно проконтролировать, то как можно проконтролировать деятельность, к примеру, тех 835 краевых организаций, появление которых Павел Миков прогнозирует к 2016 году? И разве не является высоко вероятным такое положение дел, при котором чиновники будут вступать в сговор с соответствующими НКО (ведь недаром в нашей стране каждый знает, что такое «откат»)?

Вернемся к конкурсу, объявленному АНО Региональный центр «Вектор». Для апробации и внедрения участникам были предложены стандарты о «внедрении службы детского телефона доверия», «социально-бытовом патронаже семей», «формировании семейных клубов», «психологической работе с родителями», «супервизорском сопровождении специалистов социального обслуживания» и др. Каждый из предложенных пунктов уже имеет выраженную отрицательную репутацию в среде антиювенальной общественности. Если говорить простыми словами, речь идет здесь, опять же, о сборе данных о семьях, о пропаганде приоритета прав ребенка, навязывании родителям западных норм воспитания детей под видом защиты детей от жестокого обращения, а также о соответствующем обучении тех специалистов, которые должны в этом ключе с семьями работать.

Однако какую именно работу должны выполнять победители конкурса?

Каждому Победителю Конкурса будет предоставлено целевое финансирование <…> на организацию стажировочной площадки по апробации  и распространению стандартов социальных услуг. <…> “ВЕКТОР” разработает индивидуальное техническое задание, в котором будeт конкретизированы общие задачи: разработка проекта по апробации услуг на базе своей организации (партнерской организации); подбор партнеров и привлечение (не менее 4) участников Программы из числа НКО и государственных учреждений, оказывающих услуги детям и семьям по профилактике социального сиротства; подбор и предоставление специалистов для обучения на “Базовом курсе” в рамках Программы “Мастерская НКО”; <…> мониторинг, сбор статистических данных и составление отчетов; проведение не менее одного тренинга по семейно-ориентированному подходу для местных НКО; проведение  (не менее 3-х) рекламных акций по продвижению услуг».

Вышеописанные пункты — это чистый аналог сетевого маркетинга, когда услугу необходимо, во-первых, купить самому; во-вторых, привлечь к покупке всех своих знакомых (и не только); в-третьих, осуществлять активную рекламу своей услуги; в-четвертых, проводить постоянно «образовательные» семинары для потенциальных потребителей, убеждая их в том, что предлагаемая услуга им жизненно необходима. Таким образом, распространение ювенальных технологий в нашей стране приобретает явный характер сетевого бизнеса, ориентирующегося на постепенный захват соответствующего рынка. Причем, как мы указывали выше, этот самый рынок услужливо подготавливается российским законодательством и начнет свою работу с 1 января 2015 года.

Лариса Магданова

 

 

Читайте также:

Нытвенский эксперимент

Детки и разведки

Контроль за семьями. Недорого

 

 

 

Оставить комментарий

*