Уполномочен растлевать?

Рубрика: Родительское сопротивление

В России развернулась настоящая борьба за будущее наших детей. Вопрос, будет ли у них детство, с каждым днем становится все актуальнее. Проводники ювенальной юстиции идут в стремительную атаку на семейные ценности. И неотъемлемой частью этой атаки является «сексуальное просвещение» детей. С точки зрения «защитников прав детей», данный вид просвещения необходим, чтобы уберечь их от сексуального насилия, на самом же деле он способствует растлению и, как результат,  может привести к противоположному: «сексуально просвещенный» ребенок становится жертвой педофила. Одним из сторонников подобного просвещения является Уполномоченный по правам ребенка в Пермском крае Павел Миков.

Разговор о секспросвете начат неспроста, ведь в мае этого года Россия ратифицировала европейскую конвенцию «О защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия». Казалось бы, дело благородное, защищать детей от сексуального насилия, однако есть некоторые «но», которые хотелось бы обговорить. По сути, данная конвенция предполагает введение различных обязательных мер, по пресечению преступлений сексуального характера против детей, а так же неотвратимого наказания для совершивших таковые преступные деяния. Но практически все перечисленные меры уже имеются в нынешнем российском законодательстве, за исключением ответственности за хранение детской порнографии, необходимость которой никто и не собирается оспаривать. Но для введения подобной ответственности достаточно просто внести небольшие поправки в уголовный кодекс, а не принимать очередной международный документ сомнительного характера, учитывая, что, согласно нашей Конституции, международное право превалирует над национальным.

Итак, выходит, что с принятием данной конвенции мы не получили ничего нового в сфере защиты детей от сексуального насилия, зато получили кое-что новое в другой сфере. Статья 6, данного документа, под названием «Просвещение детей» гласит:

«Каждая Сторона принимает необходимые законодательные или иные меры, направленные на обеспечение включения в программы начального и среднего школьного образования информации для детей об опасностях, связанных с сексуальной эксплуатацией и сексуальным насилием, а также информации о способах защиты себя, адаптированной к их развивающимся способностям. Такая информация, предоставляемая, при необходимости, во взаимодействии с родителями, дается в более широком контексте полового воспитания, и в ней особое внимание уделяется ситуациям повышенной опасности, в особенности связанным с использованием новых информационных и коммуникационных технологий».

Т.е., как результат ратификации этой конвенции, мы получили не защиту детей от сексуального насилия, а введение обязательных уроков сексуального просвещения: «В более широком контексте полового воспитания» детям будут рассказывать «об опасностях, связанных с сексуальной эксплуатацией и сексуальным насилием». О необходимости подобного рода воспитания  заявляет и детский омбудсман Пермского края Павел Миков. «Говоря о популяризации правильного поведения детей, детский омбудсман привел пример информационной кампании Совета Европы для детей 3-7 лет «Правила нижнего белья». Цель кампании — понятным ребенку языком объяснить, что есть места на теле, к которым взрослые не должны прикасаться.  «Варианты работы по профилактике преступлений сексуального характера против детей уже есть, просто нужно ими пользоваться, и не думать, что разговоры на эту тему все еще за гранью чего-то неприличного», — сказал Павел Миков», — такая информация приводится в сообщении от 30 августа 2013 г. на официальном сайте уполномоченного по правам человека в Пермском крае. Предлагаемая Миковым программа «Правила нижнего белья» строится из принципа «Каждый пятый», согласно которому «сексуальному насилию в Европе подвергается каждый пятый ребенок. В 70-85 процентах случаев акты сексуального насилия совершают лица, входящие в непосредственное окружение детей». Т.е., согласно данным Совета Европы, почти каждый пятый европейский ребенок подвергается сексуальному насилию в своей же семье. Получается, что омбудсман Миков, предлагая эту программу, считает, что в России сложилась подобная ситуация? А официальные данные есть? В том-то и дело, что нет, а программа предлагается. Сколь бы трагичными ни были последние 20 лет нашей истории, как бы низко люди ни пали, но не настолько, чтобы насиловать свои же собственных детей. И Миков это прекрасно понимает, однако секспросвет все же проталкивает, и не только для школьников, чего требует принятая конвенция, а для всех детей, начиная с трёхлетнего возраста.

Каких последствий можно ожидать после рассказов детям о возможном сексуальном насилии над ними и поможет ли это уберечь их от этого самого насилия? «Дети, по Фрейду, проходят несколько стадий сексуального развития, они проходят это совершенно естественно, на своем детском уровне, большего им не надо, это естественное природное развитие, которое взрослыми сопровождаться может минимально. Необходимо правильно реагировать на это. Если принять во внимание, что это будут дети дошкольного возраста с 3 до 7 лет, то ведущим видом их деятельности, в котором они получают практически большинство своих знаний о мире, является сюжетно-ролевая игра. Только где-то они что-то видят, они начинают это повторять, разыгрывать в сюжете, скажем, это игры дочки-матери, магазин, парикмахерская, больница и т.д. Представляете, если мы его начнем в чем-то просвещать таком, в сексуальном направлении. Какие это будут игры? Как-то будут дети в это играть? Они ведь еще этого не понимают, да и незачем. Каждый должен узнавать тайны в свое время. Каждый из нас получил сексуальные знания в свое время, и, может быть, не всем эти открытия были приятны, ребенок этого понять не может, для него эта тема табуирована. Русские люди, я хочу особенно подчеркнуть, по своей сути скромны и целомудренны, мы не обсуждаем эту жизнь. Насилия меньше не будет, потому что ребенок остается незащищенным, в данном случае разработчики этой концепции судят по себе, т.е. на уровне психологии взрослого человека: если я осведомлен, значит, я более вооружен. Детей же это знание никак не вооружает, когда дядя или тетя что-то не то с ними делают, они и так это понимают, они об этом вообще-то не мечтают. Они могут легко отличить ласку мамы, дяди, тети, поцелуи несексуального характера, от каких-то таких поползновений», – так прокомментировала нашему изданию введение сексуального просвещения для детей Нина Морозова, психолог, доцент Пермского государственного гуманитарно-педагогического университета.

А теперь вновь вернемся к конвенции Совета Европы «О защите детей от сексуальной эксплуатации и сексуального насилия». Статья 2 «Принцип недопущения дискриминации» гласит:

«Осуществление Сторонами положений настоящей Конвенции, в частности, принятие мер по защите прав жертв обеспечивается без какой-либо дискриминации по признаку пола, расы, цвета кожи, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, принадлежности к какому-либо национальному меньшинству, имущественного положения, рождения, сексуальной ориентации, состояния здоровья, инвалидности или иных обстоятельств».

Данная статья в совокупности со статьей 6, которая вводит обязательный секспросвет, дает следующий результат: просвещением детей имеют право заниматься кто угодно – независимо от его сексуальной ориентации, и никоим образом нельзя ущемлять его право на это. Нас тут спасает недавно принятый федеральный закон, запрещающий гей-пропаганду среди не совершеннолетних. Однако, с юридической точки зрения, данный закон противоречит Конституции, т.к. противоречит положениям конвенции, запрещающим дискриминацию геев, и, как будут выкручиваться из этой ситуации российские законодатели, остается догадываться. Павел Миков, кстати, выступал против запрета на гомосексуальную пропаганду. Еще год назад, когда подобный закон пытались принять на уровне Законодательного собрания Пермского края, он сказал, что не видит необходимости в принятии такой нормы, поскольку «это проблема надуманная». В своих доводах Миков ссылался на то, что  «Россия стала членом Совета Европы и присоединилась к Европейской Конвенции о защите прав человека и его основных свобод. По ней лица нетрадиционной сексуальной ориентации не могут быть дискриминированы». Оно и не удивительно, ведь Павел Миков совмещает должность уполномоченного по правам ребенка в Пермском крае с членством в международном обществе «Мемориал». Помимо того, что «Мемориал» без пяти минут иностранный агент, его дочерняя структура «Молодежный мемориал» фактически является основателем ЛГБТ-движения в Перми. 2 марта 2013 г. в Перми прошел ЛГБТ-кинофестиваль «Бок-о-бок», который назывался «Разные семьи – равные права?», организованный при поддержке «Мемориала», иностранных граждан и фондов. Одной из основных своих задач данный фестиваль ставит борьбу с «гомофобскими законами». Т.е. с теми законами, что запрещают пропаганду гомосексуализма среди несовершеннолетних. «Кинофестиваль «Бок о бок» выступает за отмену этого дискриминационного и вредоносного для несовершеннолетних закона», — говорилось в одной из брошюр, раздававшихся на мероприятии.

В совокупности секспросвет, борьба против запрета на гей-пропаганду среди детей, ЛГБТ-кинофестивали прекрасно складываются в единую картину, где уже видно формирование нового постчеловеческого общества. Общества, основанного не на традициях и морали, а на разврате. Соответственно, нет в этом обществе места семье как норме. А уничтожение семьи как нормы – это и есть главная цель ювенальной юстиции. Наступление которой на будущее наших детей мы вновь наблюдаем. И только от нас с вами зависит, быть этому или нет.

Сергей Вилисов

 

 

Читайте также:

Уполномочена Госдепом

Пермская модель ювенальной юстиции

 

 

 

Оставить комментарий

*