Письма о библиотеке. Письмо второе


Антикритика и «сердца моего боль»

От редакции. Мы продолжаем публикацию писем о судьбах библиотеки. Первое письмо на такую, казалось бы, непопулярную тему вызвало широкий общественный резонанс. Мы получили массу позитивных и негативных откликов. Что показывает отрадную тенденцию: проблемы библиотеки и книжной культуры в целом обществу небезразличны. На этот раз автор письма не просто продолжает свои размышления на заявленную тему, но и старается ответить на некоторые отзывы. Так получилось, что наше интернет-издание стало едва ли не единственной площадкой, на которой библиотеки ведут открытый диалог на острейшие темы. Мы решились опубликовать этот, по сути, очень личный диалог автора со своими коллегами, поскольку он, как нам кажется, дает яркое свидетельство об атмосфере, в которой приходится работать специалистам по библиотечному делу.

Начать свое второе письмо хотелось бы с ответов на комментарии некоторых моих коллег, отозвавшихся на «Письмо первое».

  1. Уважаемые Светлана Николаевна Хаерзаманова (зам. директора МБУК «ОМБ» по инновационным технологиям), Галина Юрьевна Решетникова (зам. директора по маркетинговой деятельности МБУК «ОМБ»), Найденова Наталья Михайловна (главный библиотекарь читального зала), обвинившие меня в некомпетентности и несоответствии предоставляемых мною данных действительному положению дел! Хочу вас и ваших защитников в лице ближайших родственников и друзей успокоить: я прекрасно осведомлен о деятельности библиотек, входящих в состав МБУК «ОМБ». А тот факт, что мы вынесли часть имеющихся у нас сведений на суд общественности, не может послужить обвинениям в нарушении правил корпоративной этики. Мы сказали лишь то, что должны были сказать. Мы слишком долго молчали. Поверьте, то, что здесь опубликовано, — это лишь малая часть проблем, требующих ответственного публичного обсуждения. К сожалению, мы не можем сказать многого из того, что действительно могло бы всерьез ударить по ОМБ, поскольку тогда мы в самом деле пойдем против этики и подставим под удар некоторых наших коллег, которых не хотелось бы подводить.
  2. Галина Юрьевна! Прошу Вас еще раз внимательно перечитать статью и процитировать в ней те два фрагмента, где мы якобы выступаем против ремонта библиотек и их новой меблировки, где мы обвиняем Юношескую библиотеку в отказе от выдачи книг лицам, не попадающим в категорию «юношество». Ничего подобного мы не писали! А уж то, что мероприятия, выставочная деятельность данной библиотеки нацелены лишь на эту, достаточно малую по своей численности, категорию населения, все-таки давайте с Вами признаем, найдем на это мужество, как бы тяжело ни было. Вы всегда отвечаете за то, что пишите – это похвальное качество, я тоже стараюсь соответствовать этому принципу, и в данном случае, могу Вас заверить, все, что здесь написано, не вымысел.
  3. Татьяна Федоровна Калашникова (Соколова)! Оставляю без комментария оценку, данную Вами моему скромному стилистическому дару. Пусть о том, кто из нас лучший «прозаик», судят читатели. Вы призываете к конструктивному диалогу – хотелось бы знать, что Вы имеете в виду? Ведь его нет в МБУК ОМБ, все обсуждения стоятся по принципу: что спустили сверху, то и принимайте без возражений.
  4. Светлана Николаевна, думаю, что так легко говорили Вы о плановом списании литературы, просто не подозревая, что имеете дело с человеком, который знает, как проворачиваются подобные операции, видел все своими глазами и отчасти вынужден был оставить работу из-за такого рода вещей.
  5. И последнее, в наш адрес прозвучали обвинения в лживости, в грязи, вылитой на библиотеки города, в том, что нами руководили какие-то неблагородные чувства (обиды, озлобления и т.п.). Уверяю вас всех, единственное, что мною руководило, – это просто искреннее желание помочь библиотекам, тем неравнодушным их сотрудникам, которые вынуждены молчать, продолжая работать в МБУК «ОМБ г. Перми». И самое главное, защитить читателей от посягательств на их право выбора той литературы, которую они хотят читать, независимо от того, сочетается это с нынешней культурной политикой Объединения или нет. Хотелось бы также обратить внимание на то, что никто меня не подговаривал, не «заказывал»; библиотеки – это не коммерческие организации, куда можно направить продажного журналиста с целью опорочить конкурента, здесь не та ситуация…  А то, что наши письма выходят аккурат с праздничными  для конкретных библиотек датами (и это поставили нам в упрек), то это знаковое совпадение… может быть, к лучшему, что не звучат очередные лживые, слащавые разглагольствования, а ставится конкретная проблема, которую можно и нужно решить. Если мои письма помогут начать дискуссию, то я считаю свой долг выполненным. А обиды у меня на вас нет, сейчас у меня интересная работа в прекрасном коллективе, более высокая зарплата, и я доволен своим нынешним положением.

Итак, в моем втором письме, после которого, я полагаю, некоторые из вас меня узнают даже за псевдонимом, речь пойдет о судьбе районной библиотеки № 25 им. М. Осоргина. Точнее, о тех «реформах», которые коснулись ее в недавнем прошлом. Затрону также вопросы профессионального и нравственного облика библиотекаря на конкретном примере.

Сразу хочу оговориться, чтобы избежать недомолвок. Мои горькие для некоторых коллег слова относятся лишь к КОНКРЕТНЫМ ЛЮДЯМ, которые упоминаются в тексте, в отношении остальных сотрудников как библиотеки, так и Объединения я испытываю лишь чувство глубокого уважения.

Для начала проведу краткий экскурс в историю библиотеки, чтобы в дальнейшем были видны масштабы разрушений.

Библиотека № 25 им. М. Осоргина является одной из старейших массовых библиотек города и располагается в красивом памятнике архитектуры – Дворце культуры им. Солдатова.

В 1940-е годы книжный фонд библиотеки составлял почти 140 тыс. экземпляров, ежегодно библиотеку посещало свыше 120 тыс. человек. Среди почетных гостей библиотеки в те годы – ставшие уже легендарными люди: прославленные летчики В. Чкалов, Михаил Громов и А. Маресьев, писатель А. Первенцев.

На 1960-е годы приходится пик роста числа посетителей. Только в 1961 году библиотеку посетило 217835 человек. На абонементе работало четыре кафедры выдачи литературы. За час проходило 60 человек. За день библиотекари обслуживали около 400 посетителей. В 1966 году состоялась читательская конференция «Дорогами отцов» с участием первого в Прикамье Героя Советского Союза Анатолия Крохалева. В 1967 году библиотеке было присвоено звание «библиотека отличной работы».

В 70-е годы в заводских цехах работало 40 передвижных отделов. Фонд библиотеки вырос и насчитывал более 141 тыс. книг и журналов. Библиотека обслуживала свыше 16000 читателей, ежегодно за книгами обращались более 167500 человек.

Библиотека по праву считалась культурным цехом завода и была одной из лучших профсоюзных библиотек г. Перми.

В 1973 году библиотека была занесена в Книгу Почета ДК имени Я.М. Свердлова как победитель социалистического соревнования.

Библиотека вела большую культурно-просветительную работу на территории Свердловского района, о чем повествуют многочисленные статьи городских газет за прошлые годы.

К концу 90-х годов библиотеку посещало более 206 тыс. человек. Библиотекари выдавали свыше 400 тыс. книг ежегодно, работали 43 передвижных отдела, 60 бригадных абонементов. К 1996 году фонд библиотеки составлял более 126 тыс. ед. хранения. Фонд был более чем универсален и удовлетворял запросы самых разных категорий читателей. Впоследствии одна студентка сделала запись в книге отзывов, где восхищалась фондом библиотеки, заметив, что некоторых академических изданий, имеющихся в библиотеке профкома, нет даже в библиотеке Пермского педагогического университета, обладающей, между прочим, богатым и уникальным фондом.

До 1998 года библиотека принадлежала профкому завода им. Я.М. Свердлова (ныне ОАО “Пермские моторы”).

В 1998 году завод в связи с тяжелым экономическим положением был вынужден снять библиотеку со своего баланса, она была передана муниципалитету и вошла, таким образом, в состав Пермской ЦБС (впоследствии МУК “ОМБ”, ныне МБУК “ОМБ”). И здесь-то и начались проблемы работы библиотеки, в том числе и касающиеся функционирования фонда. С первых же месяцев начались нападки со стороны административных работников центральной городской библиотеки им. А.С. Пушкина по поводу организации фондов, главная мысль была – списать морально устаревшую (с их точки зрения) литературу. Первоначально фонд уменьшился до 100 тыс., затем в скором времени до 80 тыс., на сегодняшний день (данные на октябрь 2012 г.) он составляет — 67 тыс., т.е. за 16 лет была списана почти половина фонда.

Летом 2012 года, не выдержав внедрения инновационных форм работы, почти полностью сменился состав сотрудников библиотеки, ушли корифеи библиотечного дела, отдавшие по 25-30 лет этой библиотеке, а на их место пришли… люди странные, которые иной раз проявляли прямо-таки варварское отношение к книжной культуре.

С 1 сентября в должность вступила новая зав. абонементом Наталья Александровна Некрасова, которая до этого проживала в небольшом городе Пермского края и заведовала небольшой библиотекой филиала при одном из учебных заведений г. Перми. С первых же дней она начала производить огромную работу по уничтожению фонда абонемента, мотивируя это тем, что вся литература политизирована и идеологизирована.  При этом приоритеты пользователей библиотеки не учитывались, новая начальница решила опираться на собственный опыт, накопленный в учебной библиотеке. Так, с помощью Натальи Александровны почти опустели разделы географии, физики, химии, спорта, книговедения и библиотековедения. Были списаны такие издания, как: “Книга: исследования и материалы” (думаю, что в Перми подобное издание имеют лишь 5-7 библиотек), “Альманах библиофила”, географическое издание “Страны и народы мира”. Последнее даже отдел справочно-библиографической литературы ЦГБ им. Пушкина запретил списывать, но Наталье Александровне никто не закон! Были списаны все учебники по языкознанию (в т.ч. по иностранным языкам, особенно пострадали отделы по немецкому и французскому), учебники по физике и химии. И, конечно, огромная часть художественной литературы.

Списание литературы происходило при полном попустительстве со стороны членов специальной комиссии, куда входят, в частности, зав. отделом комплектования А.Л. Степанова, зав. отделом основного книгохранения Т.В. Абрамова, которые, увидев ценные книги в списке, очень возмущались на словах, однако акт подписали. Хотя имели полное право отправить его на пересмотр.

1 октября 2012 года мне наконец-то посчастливилось попасть работать в данную библиотеку, долгие годы я мечтал поступить на это место… Придя в библиотеку и увидев разгром, устроенный ведущим специалистом Некрасовой, я некоторое время приходил в себя. Дело в том, что я являюсь давним читателем этой библиотеки, много раз проходил там практику, знал хорошо всех сотрудников и особенности работы библиотеки – соответственно, в буквальном смысле схватился за голову, увидев популярные среди читателей книги в связках списанной литературы.

Я попытался объяснить Наталье Александровне ценность уничтоженных ею изданий (ведь книги хоть и находились в библиотеке, однако уже были списаны, акты находились в стадии утверждения, соответственно, поставить книги обратно на полки уже не представлялось возможным). Однако мои доводы никак не повлияли на нее, она оправдывала свои решения тем, что книги заидеологизированы, а учебники, которые вышли под грифом министерства образования СССР, выдавать вообще политически неграмотно (!). При этом она ссылалась невнятно на какие-то правила, что на старом месте ее бы уже давно за хранение старых учебников оштрафовали. Когда же я спросил, чем же политически неграмотно выдавать учебники по математике 1985 года, она ответила: “Научно-технический прогресс не стоит на месте, представленная там информация меняется и устаревает”. Потрясающе!!! Закон Ньютона, которому уже больше 300 лет, за 27 лет со дня выхода учебника успел поменяться в связи с течением научно-технического прогресса, а дважды два четыре – это политически безграмотно!

В скором времени я сделал в частном порядке запрос в методический отдел краевой библиотеки имени Горького, где решил поинтересоваться, существует ли закон или какое-то правило, по которому учебники и вообще учебная литература подлежат списанию. Оказалось, что существуют рекомендации, по которым книги такого плана могут находиться в библиотеках в течение 8 — 20 лет, затем они подлежат списанию по утере моральной, художественной, прикладной ценности. ОДНАКО, говорят те же рекомендации, в случае, если после указанных сроков литература подобного профиля продолжает иметь спрос со стороны читателей, если технические возможности библиотеки позволяют храниться такой литературе, то библиотека может по своему усмотрению оставлять такие книги. А ведь и площади у нас позволяют, хранилище огромное, и спрос у читателей имеется, но… Когда же я процитировал это Наталье Александровне, делая особый акцент на то, что никакими правилами не запрещено хранить старые учебники, то она выразилась так метко, что любые характеристики профессиональных качеств данного администратора становятся излишни: “ТАК, ЗАМОЛЧАЛ, Я ТАК РЕШИЛА!” После этого все вопросы отпали сами собой. Теперь у нас Наталья Александровна будет решать, что читать нашим посетителям. И даже если они остро нуждаются в таких книгах, то Некрасова отсылает их или в букинистические магазины, или в краевую библиотеку, а иногда – пройтись по знакомым: вдруг у них что-то завалялось.

Политика Натальи Александровны насчет изъятия устаревших книг касается не только научной и учебной литературы, но и художественной. Наша Наталья Александровна решила бороться за эстетику и потому все книги, так любимые читателями (соответственно, «зачитанные до дыр»), она изымает из фондов, мотивируя это так: “Мне стыдно выдавать читателю книгу в плохом состоянии”. Между прочим, читатели сами прекрасно понимают, что многие из этих книг просто не переиздают, а спрос при этом на них имеется. Так что скоро с полок рискуют навсегда уйти романы Анатолия Иванова, Н. Карамзина и т.п. (кстати говоря, не в таком уж и плачевном состоянии). Многие книги можно просто заново переплести, что я неоднократно предлагал. “Новые переиздадут!”…

То же самое случилось и с книгами менее ценными, но имеющими большой читательский спрос – любовными романами и детективами. Ничто так не нравилось еще до недавнего времени делать читателям, как рыться в куче пусть и зачитанных, но представленных во всем многообразии детективов, любовных романов, приключений! Теперь же оставшиеся в хорошем состоянии книги чинно стоят ровными рядами на стеллажах, а унылые читатели бродят между ними, выискивая глазами случайно затерявшийся,  еще нечитанный роман. Да, красиво, чинно, как на выставке, и почему-то не так уже многолюдно… Дальше может быть еще хуже.

Ситуация с художественной советской литературой обстоит еще сложнее. В немилость к Наталье Александровне попали многие писатели того периода исключительно по причинам идеологическим. Так, она поставила своей целью (и она, клянусь вам, это озвучила) извести до минимума всю советскую классику. И уже сейчас такие писатели, как Ф. Панферов, Н. Островский, А. Серафимович, Б. Горбатов, А. Фадеев, Д. Фурманов и каким-то образом причисленные к соцреализму А. Герцен и Н. Чернышевский,  представлены жиденькими собраниями сочинений (в одном экземпляре) и по паре штучек их самых известных произведений.

М. Горького спасло лишь то, что он еще изучается в средней школе, однако Н.А. недавно с негодованием заметила, что надо его вычистить по максимуму, лишь из-за того, что она в его Полном собрании сочинений (советского издания) не нашла “Несвоевременных мыслей” и, с негодованием бросив пачку книг Горького, произнесла: “Списать весь этот соцреализм надо!”

Так что в скором времени у нас читатели будут читать только то, что предпочитает Наталья Александровна, например, любит она «творчество» Б. Акунина – так он будет представлен во всем многообразии, каждая «нетленка» в трех экземплярах. А вот не одобряет она творчество Серафимовича (даже, как она сказала, не считает его личностью), так пусть читатели и довольствуются только его собранием сочинений в 4 томах! Нередки случаи, когда книги, сразу после сдачи их читателями в руки Натальи Александровны, идут прямиком на списание.

Но, как мне Наталья Александровна дала понять во время одного из наших долгих и последних объяснений, она здесь начальница и ей решать, что у нас будет, а чего нет!

С 15 октября 2012 года в библиотеке идет проверка фонда под руководством несравненных профессионалов отдела основного книгохранения во главе с Татьяной Викторовной Абрамовой. Целью которых, как озвучила одна из сотрудниц этого отдела, назову ее Т.А., является свести фонды всех районных библиотек города к литературе беллетристического содержания. Мотивируется это все тем, что сейчас читатели сами предпочитают литературу только такого содержания. Уважаемая Т.А.! Хочется по ходу дела задать Вам вопрос: на каком основании Вы заключаете, что предпочитают сейчас читатели? Вы проводили анкетирования, опросы, откуда так хорошо знаете их потребности? В связи с подобными установками, при активном участии сотрудниц основного книгохранения ЦГБ им. Пушкина, была произведена чистка фондов читального зала 25 библиотеки. Однако в читальном зале 25 библиотеки работают достаточно компетентные сотрудники, которые решили не списывать литературу в макулатуру, а поступить более гуманно – предложить передать ее на абонемент. На что Наталья Александровна завела старую пластинку: «Мне этого старья не надо, новые купят. И вообще, чем больше мы с вами спишем, тем больше нам закупят новой литературы…»

«Старья»!.. А знаете ли Вы, уважаемый читатель, что подразумевалось под «старьем»? А подразумевалось следующее: учебная литература по точным наукам и наукам естественного цикла (математика, физика, химия, биология), общественно-политическая литература (в том числе много литературы по философии – среди авторов Н. Бердяев, Л. Троцкий, Н. Бухарин), книги фундаментальные, нисколько не устаревшие по содержанию, в отличном состоянии, учитывая, что стояли они в читальном зале, а значит, имели не такой активный оборот, какой имеет литература на абонементе.

Сотрудницам читального зала не оставалось другого выхода, кроме как списать эту литературу… С болью в сердце…

Вообще, возникают сомнения в профессиональной компетенции обсуждаемых лиц: хорошо ли они знают фонды? какие отзывы они получают от читателей? умеют ли элементарно пользоваться необходимыми техническими средствами? Насколько я знаю, сама Некрасова от аттестации всегда тактично уклонялась. Так что вопросы эти я хочу адресовать руководству МБУК «ОМБ».

В конце письма хочу поставить еще один вопрос: какие же истинные цели ставит перед собой «ведущий специалист» Некрасова и подобные ей «специалисты»?! На протяжении огромного количества лет целями библиотек были: развитие и обогащение культурных, нравственных, художественно-эстетических качеств читателей, содействие и помощь им в научно-образовательной деятельности. В советское время прямо прописывалось, что перед библиотеками ставится задача всестороннего развития личности. Подобная задача осуществима лишь при наличии хорошего фонда и грамотных специалистов.

 

За сим разрешите откланяться,
Е. Воробей

 

P.S. С удовлетворением сообщаем читателям, что после публикации первого письма Е. Воробей и статьи Павла Гурьянова «Страсти по библиотеке» процесс списания книг в библиотеке номер 25 был приостановлен. Надеемся, что публикация данного письма поможет руководству и экспертам Объединения муниципальных библиотек города Перми составить объективное мнение о затрагиваемых Е. Воробей вопросах и скорректировать взятый курс в интересах читателей, библиотекарей и самой Книги (ведь у каждой книги тоже есть жизнь, и эта жизнь не может быть нам безразлична).

 

 

Оставить комментарий

*