Письма о библиотеке (письмо первое)

ОТ РЕДАКЦИИ САЙТА. Мы продолжаем публиковать материалы, предоставленные нашими читателями, в рубрике «Народная трибуна». Статьи принимаются по электронному адресу rogotnev05@mail.ru с пометкой «Народная трибуна».


О том, что такое МБУК ОМБ и как оно отреформировало библиотеку номер один

Библиотека оказалась едва ли не самым беззащитным институтом в сфере культурной жизни. «Оптимизация» библиотечной инфраструктуры, перевод библиотечной жизни на новые рельсы проходит незаметно, не вызывая негодования «гражданского общества». О закрытой библиотеке не напишет в своем ЖЖ Алексей Навальный, к ней не выйдут с пикетами активисты КПРФ. Между тем, сегодня главная проблема отнюдь не в состоянии библиотечных зданий, даже не в унизительной зарплате библиотекарей, речь должна идти о самом существенном, стратегическом компоненте библиотечного дела – о фондах наших библиотек.

Пока мы не говорим о катастрофе национального масштаба, хотя открытые публикации позволяют поставить и этот вопрос. Нашей целью будет осветить проблемы, возникшие в недавнем прошлом в библиотеках города Перми и ставящие серьезные угрозы дальнейшему существованию большинства из них. Речь пойдет о библиотеках, входящих в состав учреждения, ныне носящего зловещее название МБУК «ОМБ г. Перми». МБУК – муниципальное бюджетное учреждение культуры, ОМБ – объединение муниципальных библиотек. Это самые обычные районные библиотеки, объединенные под началом Центральной городской библиотекой им. А. С. Пушкина в лице Елены Николаевны Клешниной, занимающей пост директора уже более двадцати лет. «Пушкинка» и её директор Елена Клешнина, к сожалению, оказались в авангарде библиотечной реформы, частью которой стала чистка фондов в безобразно огромных количествах. Причем речь идет не об устаревших по всем параметрам книгах, а о вполне добротной литературе (в том числе и художественной).

Благодаря стараниям «реформаторов», подверглась разграблению старейшая в городе массовая библиотека № 1 им. Л. Н. Толстого. На её примере мы хотели бы осветить основные тенденции библиотечной реформы (то есть войны с библиотекой).

Около десяти лет назад встал вопрос о перепрофилировании библиотеки номер один в юношескую. Идея сама по себе, конечно, замечательная, но именно «сама по себе», если не вникать в детали… Так ли уж остро стояла проблема организации отдельной библиотеки для юношества? При Центральной городской библиотеке функционировал целый отдел, обслуживавший юношество – Юношеский абонемент, неплохо справлявшийся со своей работой даже в те времена, когда наша страна была самой читающей. Неужели ЦГБ перестала справляться с обязанностями в период, когда тяга к чтению книг у молодых россиян резко сократилась?

Так или иначе, с присвоением нового статуса в приказном (негласном) порядке было списано 30 тыс. книг самого различного профиля и читательского назначения. Среди книг были представляющие интерес, а иногда и ценность книги, найти которые в Интернете дело весьма затруднительное. Таким образом, фонд библиотеки опустел наполовину. Данная библиотека до «чисток» считалась одной из крупнейших среди массовых библиотек города по количественному составу фонда (впрочем, и по качественному тоже) – 60 тыс. единиц хранения. Первое место занимала районная библиотека № 25 им. М. Осоргина, на тот момент фонд библиотеки составлял приблизительно 90 тыс. единиц хранения (в дальнейшем мы еще вернемся к печальной судьбе этой библиотеки – увы, ее тоже в прошлом году затронули «реформы»).

Списание половины фонда из теперь уже Юношеской библиотеки повлекло за собой существенный отток читателей. Только за первый год существования Юношеской библиотеки ее услугами перестали пользоваться более тысячи читателей. Далее, в связи с падением числа основных показателей работы, библиотека потеряла статус опорной библиотеки района и методического центра.

Однако злоключения на этом не кончились. В связи со сменой статуса библиотеки под угрозу попали проводимые ею мероприятия, в частности, функционировавший долгие годы литературный клуб, объединявший под своим крылом местную интеллигенцию и состоявший преимущественно из людей пожилого возраста. Поскольку профиль библиотеки отныне юношеский и основная категория обслуживания – юношество (для справки: лица от 14 до 25 лет), то, соответственно, и вся массовая работа отныне должна строиться с ориентацией на эту категорию. Клуб пришлось ликвидировать. Часть его членов остались в качестве рядовых читателей, довольствуясь остатками разграбленного фонда, иные предпочли и вовсе прекратить посещать библиотеку. Понятно, что молодежь не спешит в библиотеку, а тех единиц, которые могли ею пользоваться, не вполне устраивает «культурная политика», проводимая администрацией «ОМБ».

Так, по мнению начальства из МБУК ОМБ, фонд библиотеки должен быть «максимально-минимальным». На деле это чаще всего означает, что в фонде должна быть представлена только текущая беллетристическая литература (детективы, любовные, авантюрные романы не самого лучшего качества), ну, может быть, самый минимум справочной и научно-популярной (но, упаси бог, не научной!) литературы, как-никак «учреждение культуры»… Причем, чем проще по содержанию, тем лучше. Собственно, соответствующий образ молодежи (как невежественной, эстетически и интеллектуально неразвитой возрастной группы) закладывается в стратегию развития юношеской библиотеки. Все книги, по мнению реформаторов из «Пушкинки», должны быть исключительно чистенькими, красивыми, с яркими обложками. Даже если книга представляет ценность в информационном плане и до сих пор востребована читателями, но при этом сильно истрепана, то вердикт выносится один: списать. Списать – даже при возможности реставрации. Главным отныне в «ОМБ» является принцип эстетичности, внешнего блеска. Известное дело, старые книги только портят вид!..

Психология реформаторов в высшей степени таинственна. О чем можно судить по следующему примеру. Однажды сотрудниками Юношеской библиотеки была организована выставка, впоследствии безжалостно раскритикованная начальницей из треклятого МБУК. Экспозиция выставки представляла собой подборку книг из библиотечного фонда, выложенных на двух столах самими читателями. Выставка называлась «Рекомендуют читатели». Читатели охотно брали предлагаемые книги и взамен клали те, которые, по их мнению, обязательно должны прочитать другие. Однако, критически осмотрев данную выставку, начальница (назовем ее С.Н.) изрекла: «Название надо бы поменять, сделать что-нибудь вроде “Книга – это круто”…» Какая дерзость! Какой инновационный натиск! Какая бездна остроумия! Какой тонкий эстетический вкус!

«Вообще, – продолжала свои рассуждения С.Н., – сразу видно, что книги на выставку положены работниками библиотеки…» Такой вывод блюстительница культуры сделала, увидев среди представленных авторов книги: А. Крашенинникова, Л. Н. Толстого, А. Алексина, Ф. Искандера, И. Грековой, Б. Горбатова, Дж. Голсуорси, А. Франса, Дж. К. Джерома. По логике проницательной администраторши, наши читатели могут рекомендовать друг другу лишь романы Донцовой и Устиновой, а Анатоля Франса и Льва Толстого читают разве что библиотекари. Ох, уж эти коварные библиотекари! Вечно они со своим Толстым!.. Строго говоря, вся выставочная работа, по мнению руководства МБУК ОМБ, должна идти на поводу у населения (соответствовать массовым вкусам), но никак не воспитывать, не просвещать, не облагораживать.

Так, согласно пожеланиям реформаторов, в библиотеке должны проводиться выставки, посвященные моде, стилю, косметике, автомобилям; для девушек – подборки женских, так называемых «сентиментальных», романов; для молодых людей – книги в жанре «остросюжетного детектива» (попросту говоря, «мочилова»). Ничего против таких актуальных выставок мы бы не имели, если б они предлагали читателю сколько-нибудь уникальную информацию (иначе зачем тащиться в библиотеку!). В действительности же, такая книжная «выставка» ничем по сути не отличается от журнального столика в парикмахерской.

А как же выставки, посвященные знаменательным и памятным датам, замечательным людям, просто тематические выставки, раскрывающие разные аспекты нашей жизни, куда все это? – недоуменно спрашивали мы, ознакомившись с приоритетами «мбукоэмбэшных» фурий. По-видимому, классическая библиотека с ее просветительскими инициативами отправляется на свалку истории, сейчас это никому не нужно и неинтересно…

Итак, перепрофилирование библиотеки номер один в Юношескую обернулось подлинным вредительством. Остается гадать, был ли в этом вредительстве злой умысел. К слову, на тот момент в Перми было 20 взрослых и 22 детских библиотеки, не имевших столь больших фондов, как библиотека имени Л.Н. Толстого. Почему же именно старейшая, еще недавно процветавшая библиотека подверглась «реформе»?

Впрочем, как мы уже упоминали, реформе подверглась не одна библиотека…

Продолжение следует

Е. Воробей

 

 

Оставить комментарий

*