Капитуляция пермской интеллигенции

Рубрика: Культурный фронт

Пермские власти заключили с Маратом Гельманом новый контракт, по которому он еще два года продолжит работать директором музея современного искусства PERMM. Символично, что именно с создания этого музея в Перми около четырех лет назад и началась  культурная интервенция в наш город.

Но если тогда интервенты использовали все возможные ресурсы федеральной и местной власти, оказывающей им абсолютную поддержку, а на их сторону встала часть пермской интеллигенции, в лице главных коньюнктурщиков и модернизаторов-западников, то с назначением год назад нового губернатора расстановка сил в сфере культуры существенным образом изменилась. Главные лоббисты пермского культурного проекта утратили былые административные возможности, а поддерживающие их деятели культуры засомневались в эффективности происходящих в культуре изменений. И казалось, что вот он, идеальный момент, когда можно вымести коллективного гельмана из пермской избы. Но Гельман остался, а пермская интеллигенция потерпела поражение. Это больно говорить, но пермская интеллигенция просто капитулировала. Окончательно сдала врагу город, жителей и открыла все пути для интервенции всего края и других регионов по уже отработанной модели.

Неужели они не понимают, что интервенция медленно перерастает в оккупацию?! И все это является частью большой культурной войны, которая ведется с нашей страной и народом более двадцати последних лет. С начала 90-х одним из главных действующих лиц этой войны/игры является Марат Гельман.  Его провокационные выставки, перфомансы, арт-объекты, акции направлены на слом «культурного ядра», которое концентрирует в себе многовековые традиции и духовные ценности нашего народа (концепцию «ядра культуры» и необходимости его трансформации начал разрабатывать в начале 90-х советник Б. Ельцина Анатолий Ракитов). В таком историческом и культурном контексте город Пермь является экспериментальным центром  для постмодернистских экспериментов над общественным сознанием, с целью дальнейшего распространения «пермского опыта» на другие регионы.

Миссия по защите «ядра культуры» на протяжении долгого времени выполнялась русской интеллигенцией, хорошо знающей его структуру и сложность. Эти знания налагали на интеллигенцию особую ответственность перед народом, живущим по выработанным в истории нормам и духовным ценностям. Почему же за четыре года пермская интеллигенция не смогла остановить культурную интервенцию, вытеснить чужеродные элементы из культурного пространства родного края? Что же им помешало выполнить свою историческую миссию?

С самого начала культурная интервенция, при поддержке власти и части интеллигенции, приобрела широкомасштабные и агрессивные формы. Что могла этому противопоставить  консервативная часть интеллигенции? Во-первых, научную экспертизу тех новых инициатив, которые предлагались к реализации с расчетом на серьезное финансирование из бюджета. И такую экспертизу осуществили ученые из ведущих пермских вузов в 2010 году. По результатам обсуждения экспертных оценок были сформулированы  тезисы и Концепция культурной политики Пермского края («Культурная альтернатива»).

Выявив множество слабых мест в новой культурной концепции, предложив альтернативные направления развития, пермское научное сообщество на этом  остановилось. Эти тезисы просто не получили дальнейшего развития, а интервенты, напротив, наращивали темпы, штамповали проекты, их реализовывали. Каждый новый скандальный проект вызывал все большее возмущение пермской общественности, большинство  которой с самого начала с большим подозрением смотрело на новые инициативы. Именно активная общественная поддержка культурной альтернативы и консервативной интеллигенции сводила на нет все усилия, ресурсы, рычаги управления противника.  Ведь нет ничего мощнее ярости народа, осознавшего, что враг ведет войну  с его традициями и духовными ценностями. Вот здесь и важно было показать суть происходящих процессов через понятные формы, яркие и близкие людям образы. А возникшую общественную энергию направить на защиту культурных оснований и развитие из этих оснований новых культурных альтернатив.

Но энергия протеста рассеялась в бесконечных проклятьях, спорах, публицистических заметках пермской интеллигенции. На фоне странной оборонительной тактики приезд Александра Проханова стал настоящим культурным взрывом.  Он стразу почувствовал атмосферу войны и попытался пробудить воинский дух через яркие художественные образы в своих выступлениях, статьях и книгах (культурной ситуации в Перми посвящен роман «Человек звезды»).

В статье «Подвиг “пермских богов”» он сталкивает две противоборствующие силы: красные человечки, которые олицетворяют интервентов, против традиций и духовных ценностей, выраженных в скульптурах пермских деревянных богов.

 «В бой с деревянными уродами, с этими сбитыми из простых брусков насильниками, вышли из музеев и храмов пермские деревянные скульптуры — грозные “пермские боги”. На улицах города ночью, когда жители погрузились в мучительную колдовскую дремоту, произошли яростные сражения и схватки… Всю ночь на улицах Перми шла беспощадная сеча, раздавался хруст, треск, звук падающих истуканов. На площадях, в подворотнях, в церковных оградах “пермские боги” освобождали свой город от воителей Гельмана».

Александр Проханов, пробыв в Перми всего несколько дней, на метафизическом уровне  почувствовал страшную угрозу, расползающуюся по улицам города. Как подлинный солдат империи, он принял бой и ударил художественным словом, попытался пробудить общество и пермскую творческую интеллигенцию от «мучительной колдовской дремоты». В своих выступлениях и произведениях Проханов призвал пермскую общественность к активному гражданскому сопротивлению и борьбе за культуру. И буквально через несколько дней состоялось первое серьезное сражение. Оно выразилось в большом митинге, который был организован консервативной частью интеллигенции в июне 2011 года и собрал около 500 человек.

Как один из участников мероприятия, могу сказать, что митинг объединил почти все оппозиционные силы, противостоявшие новой культурной политике. По итогам митинга были выдвинуты необходимые в той ситуации требования, которые были направлены во все властные инстанции. Но эти важные и конкретные требования не подкреплялись выдвижением альтернативной культурной стратегии, выработкой и реализацией новых культурных проектов и инициатив, опирающихся на культурное наследие края. В итоге митинг стал не начальным этапом в противостоянии интервенции, а целью борьбы с ней. И когда власть не отреагировала на требования митингующих,  то оппозиционная интеллигенция в отсутствии стратегии борьбы и конструктивных действий расписалась в своем бессилии. И это сухое бессилие засыпало огонь, который начал разгораться в сердцах пермской общественности. Ощущение того, что большинство жителей города на тот момент негативно относились к новым культурным инициативам, нашло свое подтверждение в социологическом исследовании, проведенном активистами общественного движения “Суть времени” летом 2011 г.

Было опрошено 609 жителей г. Перми,  из которых 65% довольно негативно относятся к объектам Пермского культурного проекта, и только 17%  положительно. Участвуя в проведении исследования, я опросил более 50 человек. Я подходил с анкетами к совершенно незнакомым людям в парках и скверах города. Подавляющее большинство пермяков разных возрастов негативно высказывались по поводу новых культурных инициатив. В обществе клубилась энергия недовольства, которая могла бы соединиться с конструктивными культурными альтернативами, реализуемыми пермской интеллигенцией в новых проектах. Но разработки и реализации альтернативной культурной стратегии не последовало. Все вернулось в режим странной оборонительной тактики проклятий, споров, публицистических заметок.

Агрессивные эксперименты в культурной сфере Пермского края продолжились с новой силой. Интервенты почувствовали вседозволенность, обнаглели и двинулись в другие регионы России. В Твери и Краснодаре, Новосибирске и Красноярске коллективному гельману быстро сбили спесь и война из наступательной перешла в оборонительную.  В 2012 году культурные интервенты теряют в Перми свои главные административные ресурсы, на место губернатора Чиркунова приходит Виктор Басаргин.

Новый губернатор не спешил с поддержкой культурных интервентов, высказывался на тему культуры очень осторожно. Около года Виктор Басаргин приглядывался и оценивал ситуацию в культурной сфере Пермского края. Он дал возможность проявить себя всем сторонам конфликта. В пермской прессе прошло обсуждение итогов «Пермского проекта», которое почти все состояло из эмоциональных и субъективных реплик. Для серьезного и объективного изучения вопроса была создана «экспертная группа», которая составила бессодержательный «отчет». Работа экспертов вызвала критику краевой власти в лице губернатора, который назвал её “битвой за бюджет”.

Пермская интеллигенция имела возможность сплотиться, разработать и заявить альтернативную стратегию развития культуры – и не справилась ни с одной из задач. Ее представители не смогли консолидироваться, не смогли дать серьезное экспертное заключение, не смогли выдвинуть конкретных и по-настоящему перспективных инициатив. Подобная пассивность определила шаги губернатора в сторону позиции Гельмана, который на фоне пермской интеллигенции выглядел эффективнее. И это при всей неэффективности расходования бюджетных средств, неэффективности результатов проекта, неэффективности его скудной риторики! А эффективность – главный критерий, по которому современная административная власть способна оценивать кадры, проекты и институты. И вот Гельману продлевают контракт, а пермская интеллигенция терпит унизительное поражение в этой войне.

Пермская интеллигенция не была готова к мобилизации, им казалось, что они существуют в мирном потоке культурной жизни. В прошлом году на одном из круглых столов с представителями региональных СМИ, учреждений культуры, творческих союзов обсуждались перспективы объединения усилий в борьбе с культурными инноваторами. И в ответ на наши предложения выступить единым «Культурным фронтом», была озвучена мысль о том, что культура это не место для фронтов и войн. Но какое вообще возможно сопротивление, без осознания того, что идет культурная война, что от твоей мобилизованности и собранности зависит ее исход?!

И за ход этой войны каждый несет ответственность перед погибшими, умершими, перед теми, кто защищал и развивал культуру, которая сформировала великую страну и народ. Народ, который, чувствуя любовь и поддержку интеллигенции по ходу истории, откликался, учился, созидал, творил чудеса, побеждал и восходил. Только в любви и в борьбе за свой народ, интеллигенция обретала подлинный смысл, огромную силу, беспредельный творческий потенциал.

Никита Федотов

 

 

Оставить комментарий

*