Курс на «покаяние»

Рубрика: Историческое достоинство

Недавно один мой знакомый попал в аварию. Проезжал на зеленый свет по главной дороге. Внезапно из-за поворота вынырнул джип (ему, соответственно, горел красный). Авария. Благо, обошлось без жертв. Когда приехали работники ГИБДД и стали разбираться в происшествии, знакомый простодушно сказал, что был не вполне прав – понадеялся на «зелёный», не обратил внимания на знак «уступите дорогу». Проявив излишнюю «вежливость», он ожидал, что водитель джипа признает свою вину. Однако тот упёрся и стал настойчиво утверждать, что он сам ехал на зеленый. Всю вину и весь ущерб повесили на простодушного паренька.

Мораль проста: не кайся в одностороннем порядке, не выяснив всех сопутствующих условий. Раскаяние за проступок – это, конечно же, хорошо, но в капиталистическом мире за каждое публичное признание тебе будет предъявлен иск. И настрочат его именно те, кто сам не без греха. Играть в игру «Да, я признал вину! Я хороший!» с теми, кто пропагандирует отношение «человек человеку – волк» – это, прежде всего, безответственно. Безответственно, потому что эти безнравственные персонажи получают карт-бланш, а благородные отправляются в разряд т.н. «лохов».

За последнюю четверть века, сперва в Советском Союзе, а затем и в России, чрезвычайно усилилась борьба за покаяние нашего народа. Покаяние за грехи советского прошлого. Причём организации, которые являются идеологами этого процесса, активно финансируются западными фондами. Примеры подобных структур в Пермском крае – это общество «Мемориал», а также учрежденное им АНО «Мемориальный музей истории политических репрессий “Пермь-36”». Ранее в серии статей «Пермь-36. Правда и ложь» мы подробно анализировали некоторые составляющие деятельности этих организаций. Их работа разворачивается вокруг ряда исправительно-трудовых колоний, действовавших в Пермском крае в советские годы, а центральным объектом выступает бывшая колония ВС-389/36, с легкой руки бывших «узников совести» прозванная «Пермью-36».

Финансирование – это лишь один из способов ускорить пересмотр истории. В отдельных случаях отчетливо прослеживается команда «фас» из уст западных «доброжелателей». Так, например, новый виток борьбы с «проклятым советским прошлым» начался именно после принятия резолюции ОБСЕ в Вильнюсе в 2009 г. В этой резолюции в повелительном тоне утверждалось, что нам надо осудить советский тоталитаризм и даже пересмотреть результаты Великой Отечественной войны. И уже к 2011 г. эти «пожелания» попадают в предлагаемую президенту Д.А. Медведеву государственную программу: «Об увековечивании памяти жертв тоталитарного ре жима и национальном примирении». Инициаторы этой программы между собой называли ее программой «десталинизации» или «десоветизации», отражая в этом названии назначение и характер атаки на сознание жителей России. Впоследствии термин «десталинизация» широко распространился и до сих пор используется для обозначения деятельности по дискредитации советской истории и осуждения «греховного» советского прошлого.

«Грехами» советского прошлого оказываются, прежде всего, «политические репрессии». Под политическими репрессиями подразумеваются аресты, заключения и расстрелы по политическим статьям (по различным оценкам – от 4 до 5,5 млн. за 1920 – 1953 гг.). Нередко сюда же почему-то относят и жертв «красного террора» (по данным разных специалистов, от 50 до 140 тыс.). При этом белый террор (по подсчётам либерального историка В. Эрлихмана, 300 тыс.) никого не интересует. Частенько в список жертв «красного террора» включают тех, кто погиб, участвуя в боях, погромах, крестьянских выступлениях. В итоге выходит от 1,2 (по Эрлихману) до 1,8 млн. (данные «объективной» и «беспристрастной» комиссии Деникина). Порою, идеологи покаяния заходят ещё дальше. Относительно чёткое понятие «политические репрессированные» они заменяют на размытое «жертвы режима», к которым, как отмечал в своей статье председатель общества «Мемориал» А. Рогинский, начинают причислять «не только разные типы депортированных, умерших от искусственного голода и убитых во время спровоцированных конфликтов, но и солдат, погибших на фронтах множества войн, которые велись во имя коммунизма, и тех детей, которые не родились из-за того, что их возможные родители были репрессированы или погибли от голода, etc. Тогда число жертв режима приблизится к 100 млн. человек (цифра того же порядка, что и население страны)». Историческая аккуратность здесь оказывается не принципиальной, ведь иностранные фонды платят не за нее. Главное – чтобы было как можно больше крови на нужных страницах истории. Дотошным историкам, конечно, будут показывать более или менее правильные цифры. Однако громкость причитаний при этом будет только возрастать. Вот свежий пример. На обсуждении фильма «Белая линия», поданного как якобы документальная лента о репрессиях в Пермском крае, вскрылся ряд манипуляций историческими фактами. Пермские работники «Мемориала» в ответ заявили: «Фильм не является строго документальным! Его цель – просто привлечь внимание к проблеме!» Разумеется, если никто не задает вопросов по содержанию ленты и источникам информации, фильм является «полностью основанным на фактах».

Так вот, оказывается, что надо привлекать внимание не к чему-то, а к политическим репрессиям. Именно эта часть истории СССР многократно перетирается вот уже 25 лет. Иные темы, очевидно, не актуальны. В феврале в Перми состоялась презентация книги «Топография террора», повествующей об истории репрессий в нашем регионе. К сведению читателя, «Топография террора» — это название выставочного комплекса в Германии, посвященного истории немецких концлагерей и нацистских зверств. И проект Международного общества «Мемориал», направленный на «выявление и публикацию сведений относительно истории репрессий в СССР», незатейливо оказался тезкой музея преступлений нацизма. Начинание получило поддержку известного предпринимателя А.Е. Лебедева, «Новой газеты», а также немецкого фонда Генриха Белля. В рамках проекта «Топография террора» за последние два года в России выходит вот уже седьмая книга-путеводитель по советским тюрьмам и лагерям. Более того, последнюю публикацию, посвященную политическим репрессиям в Перми, уже, не стесняясь, так и назвали: «Топография террора». Один этот факт есть вопиющая провокация, показывающая настойчивость, с которой «десоветизаторы» стараются приравнять коммунизм к фашизму, оскверняя память наших дедов и прадедов.

На презентации книги руководитель научно-исследовательского отдела музея Л.А. Обухов произнес вроде бы правильную фразу: «В нашей истории было что-то светлое, что-то не очень, но это не значит, что что-то темное нужно игнорировать», – предложив затем преподавать материал книги «Топография террора» в школах и ВУЗах. Прекрасно! Конечно, игнорировать не надо! Но, простите, сколько книг вышло о «светлых» моментах советской истории за последние 20 лет? А сколько – о «темных»? Давайте как-нибудь посчитаем. А сколько из них были включены в программу преподавания истории в школах и ВУЗах? Особенно интересны эти пропорции в отношении советской истории Пермского края.

Прошедшим летом у нас состоялся занятный разговор с немецкими студентами, приехавшими в Пермь для совместной работы с «Молодежным мемориалом» в рамках программы «Мастерская истории Европы», реализующейся при поддержке немецкого фонда «Память, ответственность, будущее». Мы объяснили им, что вот уже более 20 лет в России на официальном уровне за Советский Союз только каются. Между тем, большинство жителей России с теплом вспоминают советское прошлое (что подтверждается самым масштабным социологическим исследованием последних лет). Покаяние это, во-первых, несправедливо, во-вторых, попытки его навязать изрядно раздражают в условиях, когда именно после перестройки жизнь большинства россиян превратилась в ад (а многие пребывают в нём до сих пор). Ответом нам была весьма интересная фраза: «То есть, вы думаете, что 20 лет покаялись – и хватит?» Обратите внимание, никто не собирается останавливать этот процесс. Единожды начавшись, он должен продолжаться, углубляясь в прошлое все дальше и дальше, до конца. И этот конец всё чаще определяется уже не датой Великой Октябрьской Социалистической Революции, не правлением Петра I и даже не эпохой Ивана Грозного. Такими оголтелыми «десоветизаторами», как Ю. Пивоваров (по недоразумению, академик РАН), уже и правление Александра Невского объявлено историческим «грехом», ибо знаменовало «отказ русских варваров от европейского пути развития». Некоторые из апологетов «десталинизации», такие как телеведущий В. Познер или идеолог национал-демократического движения А. Широпаев, копают вплоть до принятия на Руси единой религии – православия. Таким образом, практически вся история России оказывается греховной. И каяться надо уже просто за то, что ты русский или связываешь свою судьбу с русским народом. Однако вернемся к местной тематике и разговору с немецкими студентами.

Вторым забавным моментом было то, что нам несколько раз пытались задать абсурдный вопрос: «Какова ваша позитивная память относительно сталинских репрессий?» При этом бесполезно было объяснять, что не может быть никакой позитивной памяти относительно репрессий, но необходимо осмыслить репрессии в контексте их исторического времени, в сопоставлении с общемировым историческим процессом, понять логику и причины разворачивания репрессивной системы в СССР. Однако сам концепт «позитивной памяти» в контексте восприятия исторических событий достоин нашего пристального внимания. Именно ему во многом посвящена та якобы исследовательская программа, которую в Пермском крае осуществляют немецкие студенты и волонтеры из «Молодежного мемориала». Судя по всему, это один из инструментов для демонтажа Великой Победы и низвержения народа России в бездну исторического самобичевания, исторического комплекса неполноценности.

Важно, что именно Пермский край стал в свое время центром, экспериментальной платформой для проектов «покаяние» и «десоветизация». Именно его опыт планируют экспортировать в другие регионы России, организуя повсеместно музеи политических репрессий и устанавливая соответствующие «мемориалы». В связи с этим сегодня много говорят о том, что АНО «Мемориальный музей истории политических репрессий “Пермь-36”» должен получить финансовую поддержку не только из краевого, но и федерального бюджета. Тема «десоветизации» снова актуальна, несмотря на 22-летнее отсутствие СССР.

Лариса Магданова

 

 

Оставить комментарий

*